Авторы




Житель Ада поднимается в Bысшую Лигу, чтобы помочь среднему руководству Сатаны бороться с силами Небес...






- А вот и он!
Крик донесся с другого конца комнаты, когда я вошел в кабинет, вытирая рукой грязь и пот с головы. Кабинет был белым, как Рождество в Смоки-Маунтин, с одним столом и двумя стульями. Толстый мужчина в очках, с карандашом за ухом, встал и начал хлопать в свои дряблые старые ладоши.
Я остановился как вкопанный. Это был первый голос, который я услышал с тех пор... Я даже не могу вспомнить. Казалось, я бродил здесь целую вечность.
- Ну? - сказал мне толстяк.
Он вспотел сильнее меня, и его жирное лицо было красным. У него были длинные волосы, собранные сзади в конский хвост, как у девчонки, и одна из тех забавных бородок. Я думаю, люди называют подобные "Ван Дайками".
- Ты собираешься закрыть эту чертову дверь и войти? Ты что, родился в сарае?
Я оглянулся назад, все еще держась за ручку двери. Позади меня не было ничего, кроме черноты. Пещеры исчезли. Я громко шмыгнул носом и хрустнул шеей.
- Господи Иисусе, сынок! Шевели же задницей, нам еще многое нужно обсудить.
Я немного подергал ручку, а затем закрыл ее.
- Где я?
- Так, давай, иди сюда и присаживайся, - он указал на один из стульев перед своим столом. - Как я уже сказал, нам нужно многое обсудить прежде, чем я смогу отправить тебя.
- Отправь меня куда? - я пошаркал к нему своими грязными босыми ногами. - Вы хотите отправить меня куда-то?
Он снова указал на стул.
- Ты же был в Bысшей Лиге, сынок. Господи тебе что, никто ничего не сказал?
Oн поднял телефон и нажал мигающую кнопку.
- Филлипс, ёб твою мать! Что, блядь, происходит? - oн подождал секунду, затем закатил свои выпученные глаза. - Да вы, вообще там все охуели что-ли? Разве нельзя было паренька ввести в курс дела... - oн порылся в стопках бумаг на своем столе и вытащил папку. Он открыл её, водя пальцем вниз по странице. - Номер: два-два-пять-тире-шесть-один-шесть-два-три-два-два-восемь-пять-девять-семь-два-три-пять-один-девять? Он сейчас у меня в кабинете и смотрит на меня так, словно не знает, где находится, - oн прикрыл телефон рукой. - Ёбаные лентяи. Вот полетят их головы, это я тебе обещаю, - oн снова указал на стул. - Почему бы тебе не присесть, пока я разберусь с твоими документами.
- Да мне в принципе и стоять неплохо.
Он отмахнулся от меня, как от шмеля, и убрал руку с телефона.
- Что ты, блядь, имеешь в виду, говоря, что он еще не был обработан? Он хотя бы вообще знает где он? - oн снова прикрыл трубку и спросил: - Ты уже прошёл первичный инструктаж?
- Э-э-э, нет сэр, - сказал я.
Он хлопнул себя по лбу.
- Филлипс, он не знает где он. Спроси Томпсона, что мне делать, - oн отнял телефон от уха и указал на него. - Не люблю их музыку. Такое дерьмо, если честно.
Он откинулся на спинку стула и заложил руки за свою толстую голову. Его подмышки были мокрыми, как будто его только что обрызгали из садового шланга. Он снова поднес телефон к уху и прислушался. Он выпустил сильный вздох облегчения, вытащил карандаш из-за уха и начал что-то писать в папке.
- Хорошо, - сказал он. - Ладно. Ждать. Что, блядь? - oн сломал карандаш пополам. - Что ты имеешь в виду, говоря, что я должен это сделать сам? Я - его куратор. Он уже должен быть подготовлен и готов к работе. Черт возьми, Филлипс! Он должен был приступить к работе уже сегодня, - oн начал бить трубкой телефона себя по голове. - Ты действительно думаешь, что я поверю в твой пиздёж, что в отделе обработки не хватает персонала? Мы в ёбаном Aду, придурок. Здесь миллионы людей, - oн подождал секунду, слушая Филлипса. - О, не волнуйся, ОНО непременно услышит об этом, - oн прикрыл трубку рукой и посмотрел на меня. - Ты можешь поверить этому пидорасу? - затем он убрал руку. - Что? Говоришь, что выебешь меня? Иди на хуй, Филлипс!
Он швырнул телефон обратно на подставку. Он положил руки на свою потную женскую стрижку и начал смеяться, как душевнобольной.
- Простите, мистер? - Я попытался привлечь его внимание. - Какого черта я здесь делаю?
Он выглянул из-за рук и глубоко вздохнул. Затем он открыл папку, лежащую перед ним.
- Иди сюда и присаживайся, - он указал на один из стульев.
Я, прихрамывая, подошел и отодвинул стул от его стола, но садиться не стал.
- Я уже давно не сидел, мистер.
Он надел очки с толстыми стеклами и вернулся к папке.
- Господи, тебя там что - петушнули, и поэтому ты не хочешь присесть? - oн посмотрел на меня. - Просто шучу, сынок, - затем он снова посмотрел в папку. - Ага! Похоже, ты шел уже оoooчень долго, - oн снял с носа очки. - Как долго, по-твоему, ты здесь находишься?
Я отряхнул сиденье. Я шел так долго, что кресло выглядело таким же удобным, как сеновал.
- Я не знаю. Кажется, я ничего не помню, кроме ходьбы. Кажется, целую вечность.
Он улыбнулся.
- Тебе не нужно говорить мне об этом. Я-то знаю. Дело в том, что в Аду нет времени. Это просто...
Я наклонился, чтобы сесть, и упал прямо на задницу.
БАМ!
Он со смехом вскочил со своего места.
- Это никогда не устаревает!
- Вы пытаетесь обмануть меня, мистер? - я оглянулся, чтобы посмотреть, кто отодвинул стул.
Там никого не было. Собственно, и стула там тоже уже не было.
Он начал смеяться и колотить кулаками по столу.
- А-ха-ха-ха-ха. Это же классика.
Я потер ноги и ягодицы. Они действительно болели.
- Куда делся стул? Какого черта, вы все издеваетесь надо мной?
Он на секунду перестал смеяться и оглянулся. Он оглянулся на меня, как будто не знал, то ли посмотреть на часы, то ли почесать задницу.
- МЫ все? Ну ты чего? Я же здесь один, - oн сел на свое место и вернулся к той папке. - О. Вот и мы. Он постучал пальцем по этой папке. -Ты с Американского Юга. Верно?
Я поднялся на ноги и отряхнул их заднюю часть.
- Я думаю, да. Если правда, я не очень-то много помню.
Он щелкнул пальцами, и этот стул появился позади меня, как какой-то волшебный трюк.
- Никто почти ничего не помнит о том, как было наверху, - oн указал на белый потолок. - Сядь, пожалуйста, на свое место, сынок.
Я шагнул к нему.
- Мистер. Я хотел бы уточнить...
- Да просто сядь ты уже, наконец.
Я схватил стул за подлокотники и опустился на сиденье. На этот раз он не растворился в воздухе.
Он бросил папку обратно на стол.
- В ней нет твоего имени, кроме номера: два-два-пять-тире-шесть-один-шесть-два-три-два-два-восемь-пять-девять-семь-два-три-пять-один-девять.
Я слушал его изо всех сил, но больше думал о том, как хорошо было сидеть. Казалось, я действительно целую вечность бродил по этим жарким, вонючим пещерам.
- Вы - первый человек, с которым я заговорил с тех пор, как я здесь.
Он посмотрел на меня, как на белку в крысоловке, и ткнул в меня новым карандашом.
- Я буду называть тебя Кантри.
- Почему вы хотите называть меня так? - я начал облизывать языком свои сухие руки.
Он сморщил лицо, наблюдая за мной.
- Ну, ты явно не южный джентльмен, так что, скорее всего, я больше чем уверен, ты - деревенщина. Кроме того, я не хочу, чтобы мне приходилось зачитывать этот длинный номер каждый раз, когда я с тобой разговариваю.
- Думаю, что сейчас я хочу вернуться в те пещеры, мистер, - сказал я.
Он поставил локти на стол и посмотрел мне прямо в глаза.
- Нет, я так не думаю.
Мои руки были покрыты мозолями, как будто я заразился ветрянкой от бейсбольной перчатки. Я попытался отчистить их, как мог.
- И почему же?
- Господи, да прекрати ты уже! - oн подтолкнул ко мне бутылочку с лосьоном с угла своего стола. - Ты что, не видишь, что облизывание рук делает только хуже.
Я побрызгал немного лосьона в руку, затем понюхал его.
- Это не острый соус или что-то в этом роде, не так ли?
- Острый соус? Уморительно, - oн схватил бутылку и немного напшыкал в руки, а затем намылил их. - Знаешь, а это хорошая идея. Мне нужно запомнить её, - oн встал. - Хочешь чего-нибудь выпить, Кантри?
- Лучше, чтобы оно не было острым соусом, - предупредил его я.
Он подошел к кулеру с водой в углу, которого секунду назад там не было.
- Что у тебя за навязчивая идея с острым соусом? - oн налил воды в стаканчик и вернул его мне.
Я схватил стаканчик и осушил его. Я даже не мог вспомнить, когда в последний раз пил воду. Я вернул его ему.
- Можно мне еще немного водички?
Он усмехнулся.
- Конечно, Кантри, - oн вернулся к кулеру с водой и снова наполнил стаканчик. - Знаешь, тебе действительно повезло. За все время моей работы здесь, в качестве куратора, я никогда не видел, чтобы кто-то так быстро достиг статуса агента. ОНО, должно быть, увидело в тебе что-то особенное
- ОНО?
- Да. ОНО. Поверь мне, - oн вернулся ко мне со второй чашкой воды. - Я всего лишь скромный обработчик, и мне пришлось сосать ЕГО члены и лизать ЕГО пёзды, казалось, целую вечность.
- В ваших словах нет никакого смысла.
Я взял стаканчик и облизал край, как лягушка-бык, ловящая муху, прежде чем выпить ее. Это была лучшая чертова вода, которую я когда-либо пил.
- ОНО - это то, что люди там, наверху, называют Дьяволом, - oн хихикнул. - Сатаной? Повелителем Подземного мира? Мефистофелем?
- Позвольте мне прояснить один момент, мистер. Дьявол - что женщина?
- Разве ты только что не слышал, как я сказал, что у HEГO есть члены, Кантри? Ну же, соображай. Ты что, никогда не слышал о бабах с членами?
Я зажал бумажный стаканчик у рта, изо всех сил стараясь выжать из него каждую чертову каплю воды.
- Так вы ещё сказали, что у НЕГО есть и вагины.
- У НЕГО есть и то, и другое, - сказал он. - Если честно, то я не знаю, какого хрена я сосал и лизал EMУ. Если честно, то я решил не задавать EMУ вопросов. Суть в том, что я отсидел свой срок и получил эту работу. Теперь, с сегодняшнего дня, я работаю с тобой. Мы - команда.
- Ну, я никогда не слышал ничего подобного о членах, вагинах и всем таком. Я также никогда не встречал это существо, - я развернул стаканчик и поставил ее на его стол. - Что мы будем делать? Разгребать свиное дерьмо или что-то в этом роде?
Он сел за свой стол и начал хихикать.
- Господи. Нет, Кантри. Мы не будем разгребать свиное дерьмо, - oн открыл ящик стола, достал кучу книг и папок и бросил их передо мной. - С сегодняшнего дня ты являешься тайным агентом. Ты будешь послан на Землю, чтобы надирать небесные задницы. Твоя цель - наша цель - ебашить последователей Бога по одному за раз.
- Так, и как я должен это делать? - я взял одну из этих книг и пролистал страницы.
Он ухмыльнулся и протянул руку для рукопожатия.
- Меня зовут Сонни Хупер. Можешь звать меня Хуп. Я буду твоим тренером и твоим помощником.
Я оторвал взгляд от книги, лизнул свою руку и пожал его.
- Ты же умеешь читать, правда?

***


- Я надеюсь ты выспался, - мистер Хупер протянул мне большую бутылку воды.
Я открутил крышку и осушил пол бутылки одним глотком. Бутылка наполнилась сама собой. Я подумал, что это какая-то магия или что-то в этом роде.
- Конечно, было приятно спать в настоящей постели, но, по правде говоря, от вентилятора толку вообще никакого. Думаю, он поломан.
- Ты же в Aду, Кантри! - oн засунул свои дряблые руки в пакет с картофельными чипсами. - Ты даже представить себе не можешь, как трудно доставить их сюда? Только "ИКЕА"[2] их и возит. Но за доставку в три дорого берут, суки.
Он помахал мне рукой, и я последовал за ним к новой двери, которая появилась за его столом, рядом с кулером для воды. Когда я пересекал комнату, я подумал о том, что вентилятор из моей новой комнаты трясётся как сумасшедший, и что-то сотряслось... Ко мне вернулось воспоминание!
- Я кое-что вспомнил... одно лето. Во всех хозяйственных магазинах в городе раскупили вентиляторы. Мне было, пиздец, как жарко, а вентилятор, который у меня был, совершенно не дул. С таким же успехом можно было пытаться задуть огонь в сарае соломой...
- Это, должно быть, было похоже на Ад. В твоём досье сказано, что ты из Тьюпело, штат Миссисипи. Дом Короля.
Как будто он только что включил лампочку в шкафу, я вспомнил кое-что еще - Короля. Я вспомнил Элвиса. Я вспомнил, что люблю музыку.
Он протянул руку, позволяя мне войти в дверь первому.
Я заглянул в новую комнату. Она была вся белой, с какой-то компьютерной штуковиной и каким-то другим типом желоба, который, похоже, был подключен к компьютерной штуковине.
- Здесь же не будет никаких фокусов, не так ли? Как например того, с исчезнувшим стулом?
Он поднял руки, и дряблость затряслась в его рубашке с короткими рукавами. Это было похоже на цепную реакцию. Его тело сотрясала дрожь до самых манжет коричневых брюк.
- У нас нет времени на фокусы, Кантри.
Я вошел в ту комнату.
Он указал на компьютерную штуковину.
- Этa машина доставит тебя обратно в царство земное.
Я пробрался к корыту и наклонился, чтобы понюхать его. Это не было корыто, похожее на жестяные, которые я наполнял на ферме моего отца. По крайней мере, я так думал.
- Tо есть, я залезу сюда? - я снова облизал свои руки. - И появлюсь на Земле?
Он закрыл лицо рукой.
- О, Боже, нет. Ты просто отправляешься в... хммм... считай это отпуском, - oн подошел к этой компьютерной штуковине и нажал пару кнопок на клавиатуре, которая загорелась, как легкая игрушка Brite. - Ты же читал документы и инструкции, которые я дал тебе вчера?
Я подошел к нему и посмотрел на экран монитора поверх этой компьютерной штуковины.
- Было слишком темно, чтобы читать.
Я прикоснулся к оконному экрану.
Он отмахнулся от моей руки, как будто это была муха на хот-доге.
- Не трогай это, Кантри. Ты хочешь сказать, что не знаешь, как это работает?
Я уже начал немного уставать от его тона.
- Я же сказал, что было темно.
- Чёрт... Я думал, ты умеешь читать.
- Я умею читать, - крикнул я ему. - По крайней мере, я так думаю.
- Смотри. Это не так уж и сложно. Я отправил нескольких агентов в поле, не разбираясь во всех тонкостях этого оборудования, - oн протянул мне устройство, похожее на большого июньского жука. - Вставь его в ухо.
- В своё ухо? - я перевернул тварь, и сотни тысяч маленьких сегментированных ножек засуетились вокруг. Мне не очень понравилась эта хреновина. - Он ведь не укусит меня, правда?
- Укусит тебя? Нет! Это наушник, чтобы я мог общаться с тобой. Я тоже надену такой, - oн указал на микрофон, выходящий из пишущей машинки "Lite Brite" перед компьютерной штуковиной. - Я говорю в это, и ты слышишь меня в своем ухе. Я буду наблюдать за тобой отсюда, - oн указал на экран. - Таким образом, я смогу следить за тем, что ты делаешь. Мы не можем допустить, чтобы ты нарушил соглашения по договору с ребятами сверху.
Я приложил жучок к краю уха. Он защелкнулся сверху и снизу. Я почувствовал, как все эти тысячи ножек впились мне в кожу.
- Ты имеешь в виду Бога?
- Боже. Иисусе. Ангелов и прочее дерьмо. Другая команда. Позволь мне объяснить это проще, - oн указал на то белое корыто. - Ты будешь там, - затем он подошел к этой компьютерной штуковине. - Я буду наблюдать за тобой отсюда. Ты будешь делать то, что я скажу, и играть за нашу команду. Это как в футболe, ёпта.
- Я думаю, что мне нравится футбол, - я почесал за ухом. Этот июньский жук был там довольно крепко заперт. От этого мне почему-то захотелось чихнуть. - А на какой позиции я буду играть?
- Это не футбол в буквальном смысле. Ты завладеешь телом маленькой девочки, которая предположительно одержима. Устройство в твоем ухе будет контролировать твое пересечение между мирами, - oн постучал по июньскому жуку.
Я посмотрел на этот оконный стеклянный телевизор поверх этой компьютерной штуковины. Он видит все то, что вижу я. Я помахал рукой перед своим лицом.
- Хм?
- Эта машина, - oн обвел рукой комнату. - Она связана с Адским Ядром. И оно же позволяет нам общаться с миром Земли через маленьких девочек.
Я не очень понимал, о чем он говорил, поэтому просто сделал вид, что понял, и кивнул головой.
- А почему именно маленькие девочки?
- Их легче всего занять. По какой-то причине все думают, что когда маленькой девочке грустно или у нее начинаются месячные, она одержима. Итак, мы нарушаем их сознание, когда они легко доступны. Я мог бы рассказать тебе миллион историй обо всех случаях, когда другая команда пыталась прикрыть нашу операцию, потому что мы это выяснили. Вот почему существует действующий договор. Мы можем напугать до чертиков любого, кого захотим, но мы не можем убивать никого из их команды. Bобщем, считай сейчас это превратилось в игру влияний. Раньше мы могли уничтожить любого, кого хотели. Но у НЕГО какие-то странные отношения с другой командой. Запомни это. Наша задача - перехитрить их и показать остальной части земного царства убедительность силы Сатаны.
Я посмотрел на мистера Хупера, а затем на экран телевизора.
- Это конечно всё здорово, но что именно я буду должен там делать?
- Господи, как же ты меня уже заебал, Кантри! - oн положил одну руку на микрофон и нажал пару кнопок на пишущей машинке "Lite Brite". - Филлипс! - oн повернулся, чтобы посмотреть на меня, и сказал: - Секундочку, - oн снова повернулся к этой компьютерной штуковине. Я видел его затылок в том стеклянном окне телевизора. - Этот парень не готов, - oн прикрыл рукой июньского жука в ухе. - Я знаю, что у нас не хватает персонала, придурок. Я думаю, мы должны отправить его обратно в пещеры. Он даже не хочет этого делать.
Я подошел и похлопал его по плечу.
- Мистер Хупер.
- Блядь, Кантри! Зови меня Хуп! - oн шикнул на меня, как будто мы были в церкви. - Только не ты, Филлипс. Я знаю, что ты знаешь мое имя. ОH разговаривает со мной.
Июньский жук в моем ухе начал зудеть сильнее.
- Хуп, я больше не хочу возвращаться в те пещеры. Что я должен сделать?
Он снова поднял палец.
- Подожди, Филлипс. Похоже, он не хочет возвращаться в пещеры.
Я отрицательно покачал головой и заговорил в свой июньский жучок.
- Я не хочу возвращаться в те пещеры, мистер Филлипс.
- Ты слышал это от него самолично. Мы можем послать его наверх, чтобы показать тебе, что он готов? Да. Хорошо. Конечно, я заставлю его подписать бумаги, - мистер Хупер поднял большой палец. - Я думаю, что мы в деле.
Он подошел к корыту и перевернул какую-то штуковину.
- О, иди-ка ты нахуй, Филлипс, - oн ухмыльнулся и подмигнул мне. - У тебя больше шансов вернуться в пещеры, чем в мою задницу, - oн подождал секунду. - О, да. Хочешь заключить пари? Я - в деле, - oн сделал паузу. - Сарай для инструментов? Ты, блядь, издеваешься надо мной? Она в гребаном сарае для инструментов? Этот деревенщина станет рок-звездой в сарае для инструментов. Если Кантри все испортит, я проведу тысячу лет в пещерах. Если он все сделает правильно, ты вернешься в пещеры. Позже, придурок, - oн положил руку на своего июньского жука, как будто вешал трубку телефона.
- Ну что, вы отправите меня наверх, Хуп?
Я сделал еще один глоток воды из своего стакана. Конечно, было вкусно, и даже со сломанным вентилятором в моей спальне прошлой ночью было лучше, чем вечно идти.
Мистер Хупер схватил стопку бумаг, которая лежала рядом с компьютерной штуковиной. Он протянул их мне.
- Сначала ты должен подписать договор.
Я посмотрел на страницы, но ничего не смог прочитать.
- Что там написано?
- А-а-а, ты всё-таки не умеешь читать, - oн схватил бумаги обратно.
- Я умею читать. Я так думаю...
Он указал на первую страницу.
- Здесь говорится, что ты зачислен на службу в Адский Cиндикат, и что ты обязуешься служить Люциферу, - oн перешел на следующую страницу. - Эта говорит о том, что ты будешь соблюдать правила договора. Бла-бла-бла. Помни... Не убивай священников, родителей, добрых христиан и гомосеков. Мы не убиваем гомосеков. Наша задача - пугать, - oн пролистал еще несколько страниц. - О, а вот и сам договор, - oн продолжил листать, как мне показалось, пару сотен страниц, наконец остановившись на последней странице. - Эта говорит о том, что ты добровольно решил больше не ходить по пещерам. И, наконец, эта говорит о том, что ты не будешь пытаться сбежать, как только окажешься в царстве земном.
- Сбежать?
- Да, чувак. Если ты сделаешь это... - oн потер июньского жука у меня в ухе. - Когда ты находишься в царстве земном, ты там в ловушке.
Я сделал глоток воды.
- Значит, я буду свободен?
- Нет. Ты не пойдешь туда сам по себе. Только твоя душа... твой мозг направляется туда. Ты окажетесь в ловушке в теле твоего хозяина. Конечно, ты почувствуешь ту же боль, что и твой хозяин, и ты сможешь вдыхать запах воздуха, пробовать еду и все такое хорошее, черт, но тебя там не будет. Представь, что ты находишься в тюрьме, где ты не можешь поговорить ни с кем, кого видишь.
- Это определенно звучит лучше, чем те пещеры.
- Конечно, - oн щелкнул толстым пальцем по этой странице. - Как только ты подпишешь это, ты больше никогда не увидишь пещер. Я обещаю. Ты сможешь пить столько воды, сколько захочешь. У тебя будет кровать и комната каждую ночь. Если ты поможешь мне выиграть это ёбанное пари, черт возьми, я куплю тебе работающий вентилятор и добавлю пару ламп в твою комнату, - oн вернул мне бумаги и ручку. - Пожалуйста, помоги мне, Кантри. На случай, если ты не слышал, я только что заключил пари с этим педерастом Филлипсом. Блин, как же я ненавижу этого пидорюгу. Он годами пытался украсть мою работу.
Я взял ручку и сделал вид что изучаю бумаги.
- Значит, моего сознания здесь больше не будет?
Он снова повернулся к компьютерной штуковине.
- Да, ёб твою мать, Кантри, твоего чёртового сознания в Аду не будет.
- Мне не очень нравится, как вы снова со мной разговариваете, мистер Хупер.
- Отлично, - сказал он, нажимая на эту пишущую машинку "Lite Brite". - Давай подписывай уже и погнали.
Я начал подписывать бумаги, и остановился.
- Подождите, а как меня зовут?
Он не обернулся.
- Просто подпиши контракт - "Кантри". Если ты не можешь написать своё имя по буквам, просто поставь крестик. Я немедленно отправлю договор Филлипсу, и он его обработает, два-два-пять-тире-шесть-один-шесть-два-три-два-два-восемь-пять-девять-семь-два-три-пять-один-девять.
Я нацарапал крестик на последней странице.
Мистер Хупер выхватил у меня бумаги и вставил их в свою компьютерную штуковину.
- Это должно сработать. Дело в том, что тебе нужно следовать правилам, когда ты там, наверху, потому что мы отправляем тебя как необработанного агента. Мы рискуем тобой, потому что я верю в тебя.
Он подождал минуту.
Я сделал глоток воды.
- Ты получил контракт, Филлипс? - oн щелкнул пальцами и указал на гигантское корыто. Затем он прошептал мне: - Залезай.
Я подошел к корыту. Оно открылось, как дверь гаража, и я заглянул внутрь. Внутри были всевозможные светильники, гаджеты и провода, но посередине стояло кресло. Я положил руки на ткань его спинки. Оно определенно было мягким.
- О, отвали, Филлипс, - завопил мистер Хупер, как уличный кот. - Обязательно скажи старой банде в пещерах, что я их чертовски ненавижу
Он снова постучал по своему июньскому жуку, а затем еще несколько раз нажал на пишущую машинку "Lite Brite".
Я спустил ноги с края корыта и откинулся на спинку кресла.
- Так правильно?
- Идеально, Кантри, - oн подошел ко мне сзади и надел мне на голову штуковину, похожую на ситечко для промывания зеленых бобов. - Сначала, когда ты вернёшься на Землю, ты будешь немного дезориентирован, но чем больше раз ты будешь это делать, тем легче тебе будет дальше.
Он щелкнул выключателем на боковой стороне ситечка для промывания зеленых бобов.
- Кто моя сладкая дырочка?
- Я ничья сладкая дырочка, - сказал я ему.
Он засмеялся, и его толстые пальцы стукнули меня по носу.
- Я знаю. Ты - крутой парень. Ты - солдат. Ты - герой! - oн хлопнул меня по руке. - А ну-ка. расскажи мне правила перед отправкой, Кантри.
Я вытянул шею. Это кресло, несомненно, было удобным. Я чувствовал себя свиньей в дерьме. Конечно, это было лучше, чем бродить по тем пещерам.
- Номер один. Не доставать эту хрень, или мой мозг навсегда останется внутри маленькой девочки, - я постучал по июньскому жуку.
- Идеально. Что еще?
- Не убивать никаких священников или что-то в этом роде.
- Никого нельзя убивать. Hикого, Кантри. Помни о договоре. Ты должен помнить о договоре. Если ты все испортишь, то OHО приведет к неприятностям с Богом, и тогда я буду долго сосать члены и лизать "киски".
- Никого не убивать, - сказал я.
Красный огонек начал кружиться над телевизором с оконным стеклом, и корыто начала заполнять вонючая подливка.
Мистер Хупер сосчитал по пальцам.
- Три. Два. Один. Удачи, Кантри. Давай отправим Филлипса обратно в пещеры, где ему самое место. Чертов янки. Я думаю, что он жил в Нью-Йорке, когда был на Земле.
- Я не думаю, что когда-либо бывал в Нью-Йорке. И думаю, мне бы там не понравилось.
Верхняя часть корыта плотно закрылась, как мундштук, и подливка полностью заполнила его. Она не задушила меня, хотя и не была похожа на соус, который я когда-либо пробовал раньше. Она больше походила на горячую диарею.

***


Я открыл глаза и хотел выплюнуть вкус дерьма, но у меня пересохло во рту. Поездка на каникулы заставила мой большой старый мозг почувствовать себя пьянее, чем Кутер Браун. Кто бы это, черт возьми, ни был.
Я огляделся, чтобы понять, где я нахожусь. Я был в сарае для инструментов, лежал в углу за газонокосилкой. Я потрогал её, чтобы посмотреть настоящая ли она, и моя рука запуталась в паутине. Да, это было реально, все в порядке.
Я засунул другую руку под платье. Там внизу не было никаких мужских частей тела. О, черт! Я был внутри маленькой девочки.
Дверь напротив меня открылась, и мне показалось, что я услышал щебетание птиц. Мышь юркнула в другой угол.
- Виолетта? Ты здесь? - в сарай зашёл мужчина. - Это я, твой папа, и со мной Дьяконы Бреширс и Прайн.
Я сел и выглянул из-за косилки. Двери сарая, ведущие в сарай, были приоткрыты примерно наполовину.
Я услышал голос в июньском жуке у себя на ухе.
Кантри, ты меня слышишь?
Я выглянул и увидел, как дьяконы вошли в сарай за отцом девочки.
Кантри, это Хуп. Ты меня слышишь?
Я надавил на июньского жука, как мистер Хупер.
- Я слышу тебя, - сказал я. По крайней мере, мне кажется, я так сказал. Мой голос звучал как у маленькой девочки. - Это странно.
Не волнуйся. Устройство в твоём ухе невидимо, когда ты находишься в земном царстве. Ты успешно пересек плоскости. Что ты видишь?
Дьяконы прошли дальше в сарай.
- Виолетта, это твой папа. Мы здесь, чтобы помочь тебе.
Я снова нажал на июньского жука и прошептал, как кролик с ватным хвостом.
- Я в сарае. Сюда идут какие-то люди. Я думаю, они хотят мне помочь. Что мне делать?
Mистер Хупер засмеялся.
Поверни переключатель сбоку приемника на ухе. Мне нужно увидеть, что происходит. Мне нужно разобраться с ситуацией. Помни. Никаких провалов, или я надолго останусь в пещерах.
Я включил этот выключатель, как сказал мне мистер Хупер. Я почувствовал, как ветерок дует снаружи через дыру в сарае. Здесь приятно пахло, как будто магнолии цвели весенним днем. Это пахло лучше, чем горелое свиное дерьмо в пещерах. Запах напомнил мне о доме. Я был дома.
Хорошая работа. Я вижу дверь и мужчин. Продолжай смотреть в том направлении. Мне нужно знать, с чем мы имеем дело. Помни. Никаких убийств.
Я сделал, как мне сказал мистер Хупер. Теперь я мог видеть третью тень позади дьяконов. Я схватился за сиденье косилки.
Вот дерьмо.
- Что, мистер Хупер? Что вы видите? - спросил я его.
Красный код, Красный код, Кантри. У них есть биты и дробовик.
Он был прав. Как только те Дьяконы и этот папа добрались до середины сарая, один из них щелкнул лампочкой с веревочкой, и я смог лучше их разглядеть. Двое держали в руках биты, а у мужчины, который не был в церковной одежде, был дробовик. Я думаю, он был папой.
- Почему у них биты и ружьё, мистер Хупер? - спросил я его.
Мне становилось холодно из-за открытой двери в сарай.
Господи, Кантри. Они знают, что ты внутри маленькой девочки. Чертов Филлипс сорвал наше прикрытие. Мы должны прерваться.
- Прерваться?
Ты должен вернуться. Они победили. Похоже, для нас это возвращение в пещеры. Черт возьми!
- Я не вернусь ни в какие пещеры!
- Виолетта? - спросил один из мужчин. - Мы здесь, чтобы помочь тебе. Выходи из того угла.
Отбой, Кантри! Отбой! Ты меня слышишь? Убегай оттуда!
Я встал и отряхнул пыль с весеннего платья, которое было на мне, затем постучала по июньскому жуку.
- Я не собираюсь возвращаться в те пещеры.
- Виолетта, детка. Это папа.
Ко мне подошел Дьякон. Это был пожилой джентльмен с прыщавым лицом. Мне это показалось странным, потому что он был одет в довольно причудливый церковный наряд. Такой, какой носил бы человек Божий в Пасхальное воскресенье.
- Какие пещеры, милая? - спросил он.
Я осмотрелся рядом с собой и схватил лопату.
- Вaм лучше съебать отсюда. Я, блядь, заебашу вас, ублюдки. Я оторву ваши члены и съем их, как пирог с опоссумом.
Они все замерли и ахнули.
Кантри, черт возьми! Что ты делаешь!
- Пошли вы на хуй, мистер Хупер. Я собираюсь выиграть этот футбольный матч. Тебе не нужно беспокоиться о том, чтобы сосать члены и лизать пёзды.
Я запрыгнул на сиденье газонокосилки и замахнулся лопатой за правое ухо. Волосы девочки упали мне на лицо.
- Убирайтесь отсюда, вы, гребаные янки! Возвращайтесь на Небеса.
Дьяконы приготовили биты.
- Дэниел, возвращайся в дом. Тебе не нужно это видеть.
Отец девочки принялся рыдать, как баба. Его дробовик упал на грязный пол.
Один из Дьяконов выступил вперед.
- Виолетта, положи лопату.
Июньский жук гудел статикой у меня в ухе, и я действительно не слышал ничего из того, что говорил мне мистер Хупер. Я выключил выключатель.
- Я заебеню вас, ублюдки!
Я прыгнул на Дьякона и воткнул лопату прямо в его член. Он наклонился и подался вперед, умоляя меня остановиться.
Я потянул, а затем протолкнул эту штуку в его глотку и обратно, как будто взбивал масло. Большая часть его внутренностей вывалилась на землю. Он упал на колени, как будто молился. Но он не молился. Он пытался собрать свои внутренности и засунуть их обратно в себя. Я начал топтать его кишки, как будто прыгал через разбрызгиватели в грязи. Я подобрала длинную кишку и обернул ее вокруг его шеи, как будто вешал рождественские гирлянды на елку.
Он кашлял и кричал, пахло так, будто он насрал в свои трусы. Его лицо покраснело, затем посинело, и он упал. Я посмотрел на двух других мужчин, и они просто уставились на кровавое месиво на полу. Это было похоже на то, как будто они наблюдали за собакой, которую растерзал мангуст.
Они смотрели, как я поднял лопату и вонзил ее в Дьякона с другой стороны. Это заняло секунду, но когда его тело успокоилось и перестало дергаться и шлепаться, я вцепился своими маленькими девичьими ручонками в его виски и оторвал ему голову.
Это прервало пристальный взгляд второго Дьякона. Он закричал и бросился на меня, размахивая битой, едва не задев мою голову. Глупый янки.
Я запрыгнул на труп, чтобы быть достаточно высоким, чтобы дотянуться до него. Прежде чем он успел снова замахнуться битой, я ткнул своими маленькими девичьими пальчиками ему в глаза.
- Не смей связываться со мной, пидорас!
Я рванул пальцы в его глазницах и поцарапал ему лицо, содрав с него всю кожу. Его слезы и кровь щекотали мои пальцы и заставляли меня улыбаться.
Папа сложился, как карточный столик, съежился и завизжал, как маленький поросенок. Все, что он мог сказать, было:
- Нет, Виолетта! Пожалуйста, остановись!
Хоть у второго Дьякона больше и не было лица, но он снова набросился на меня.
- Господи, дай мне силу!
Я спрыгнул с обезглавленного Дьякона и побежал обратно к косилке. Я забрался на верстак и схватил два молотка.
- Сатана! Оставь это невинное дитя, - oн зарычал, а затем бросился на меня.
Я зарычал в ответ и перепрыгнул через его качели с битой, как лягушка-бык. Я решил, что обладаю какой-то супергеройской силой, когда оторвал тому парню голову, и теперь я был в этом убежден. Я бросился на него и схватил за шею, повалив на грязный пол.
- Пожалуйста, Боже. Дай мне силу бороться со злом...
Его слова заглушил грохот молотка. Я рассмеялся, когда его маленькие грязные зубы запрыгали, как попкорн на горячей плите.
Я танцевал вокруг его распростертого тела, пока он снова пытался схватить биту. Я закончил свое единственное раз-два-три и вонзил когтистую сторону молотка в горло парня. Я вытащил кусок плоти из-под его адамова яблока и продолжил рубить его горло. Его удушье звучало так, словно он булькал пищевой содой.
Я ударил молотком ему в подбородок, и он с треском отлетел от черепа. Я отложил молоток и взял его гладкую челюсть в свои крошечные девичьи ручки. я начисто оторвал ему челюсть от головы.
Папа все еще плакал. Если бы он знал, что его ждёт, ему следовало бы забыть о тех нескольких секундах, которые ему осталось прожить, и просто наслаждаться шоу.
Я остановился, чтобы полюбоваться неряшливым беспорядком, в который превратился Дьякон, и мои глаза чуть не вылезли из орбит. Он все еще был жив. Я был удивлен больше, чем детеныш енота, играющий с домкратом в коробке передач, увидев, как его ручки ощупывают землю в поисках недостающих частей.
Дьякон поднес челюсть и пригоршню зубов к лицу, изо всех сил стараясь заговорить. Его язык просто вывалился из глотки, как член в ночь секса, поэтому я схватил его, наступил на то, что осталось от его горла, и вырвал язык с корнем. Я бросил его к ногам папы, напоминая ему, что он следующий.
Еще больше помех донеслось из-за июньского жука.
Кантри! Черт возьми! Отбой! Не вступайте в бой. Включи ёбаную камеру!
- Я не собираюсь возвращаться в те пещеры, мистер Хупер.
Этот второй янки-Дьякон был все еще жив, он брызгал слюной, как грузовик, у которого кончился бензин. Я встал над ним и использовал свои новые женские части, чтобы помочиться ему на грудь.
- Пошел ты, святоша. Бога нет, который мог бы тебе помочь. Иди и скажи ЭТО мистеру Филлипсу! Мне никогда не нравились мошенники.
После этого он перестал двигаться, так что вместо того, чтобы говорить о Дьяволе и прочем, я поднял молотки и посмотрел на папу.
Кантри, что, черт возьми, там происходит? Я не могу зафиксировать твоё местоположение. Мне нужно вернуть тебя, сейчас же. Ты же не хочешь оказаться там в ловушке.
Я принюхивался, как енотовая гончая, чтобы дать папе понять, что я охочусь. Он свернулся калачиком в углу с дробовиком на коленях.
- Почему ты плачешь, папочка? - спросил я его и вытер немного мозгов со своего лица.
Всякая слизь и гадость стекали по переду моего платья. Голова того первого Дьякона была между нами. Я взял еe за волосы и покатил, как шар для боулинга, к папе.
- Пожалуйста, Виолетта, - захныкал он и попытался спрятаться за руками. - Пожалуйста, Господи. Пожалуйста, Господи. Спаси мою Виолетту.
Из-за июньского жука послышалось еще больше помех, но я больше не слышал мистера Хупера.
Я ударился носком ноги об один из этих круглопильных столов, когда шел играть с папой, и лезвие упало рядом с моей маленькой девичьей ногой.
Папа сложил руки вместе, как будто молился.
- Пожалуйста, Боже. Пожалуйста, Боже. Пожалуйста, прогони этого демона из моей милой Фиалки.
Я наклонился и поднял лезвие пилы. Один из краев врезался мне в палец. Я слизнул кровь своей маленькой девочки и плюнул ею в папу. Он все еще плакал. Это заставило меня рассмеяться.
Кантри, включи свою камеру!
Не успел я опомниться, как уже стоял над папой. Он перестал молиться и посмотрел на меня.
- Виолетта. Это папа. Пожалуйста, вернись ко мне.
Я поднял лезвие пилы, и тут мне в голову пришла довольно странная идея. Я вонзил лезвие в кисть руки маленькой девочки между безымянным пальцем и средним. Мистер Хупер был прав. Я мог чувствовать все, и это было хуже, чем ударится ногой об край стола. Я надавил на пилу так сильно, как только мог, ломая кости в руке этой маленькой девочки. Затем, когда я, наконец, утопил её полностью до запястья, я наклонился и начал гадить на папин комбинезон.
Папа перестал плакать, и я схватила его за руку.
- Скажи этому янки-Филлипсу, что Юг снова восстанет!
Я держал руку отца своей обычной рукой, и когда он начал кричать, я использовал свою новую руку-пилу, чтобы отрубить ему руку начисто. Я продолжал гадить, стоя на нем сверху. Он лег, признав свое собственное грязное поражение.
Я взял его оторванную руку и ударил ею его по лицу. Это не убивало его, поэтому я снова взялся за пилу, используя ее, чтобы разорвать его на части, как собака тряпичную куклу. Руки. Затем ноги. Потом член. Потом яйца. Он захлебывался рвотой, кровью и чем-то ещё, поэтому я помог ему выблеваться и засунул его пальцы с отрезанной руки ему в рот.
Все еще смеясь и гадя, я начал вырезать дырки в его лице.
После того, как мне это надоело, я полностью распилил его голову прямо по центру. Обе стороны оторвались и упали на его трусливые плечи. В сарае повсюду была кровь, как будто кто-то выстрелил из пневматического пистолета в бортик плавательного бассейна. Я покопался в его мозгах и съел их все. На вкус они были ничуть не хуже беличьих. Я так думаю.
На июньском жуке появилось больше помех.
Ты возвращаешься, Кантри... Tы, тупая ебаная деревенщина.

***


Я открыл свои настоящие глаза, и белое корыто начало сливать вонючую жижу, как из ванны. Крышка с шипением открылась.
Мистер Хупер подбежал и шлепнул по краю корыта.
- Что, блядь, ты сделал?
Я стряхнул с головы туман транспортировки и ухватился за край этого желоба.
- Может быть, я немного больше рок-н-ролл, чем вы думали.
Хупер взмахнул своими руками вверх и вниз.
- Что, блядь, это значит?
Я поднял свое тело с шезлонга и перекинул ногу через край корыта.
- Ну, вы сказали, что я немного кантри, а я сказал, что я немного рок-н-ролл.
- Это что, шутка? Это что, ебаная шутка? - oн пристально посмотрел на меня. - Как ты вообще, блядь, это помнишь?
- Я не знаю, - сказал я ему. - Я просто делал то, что вы мне сказали.
Он подошел к пишущей машинке "Lite Brite" и нажал несколько клавиш.
- Господи, Кантри. Я же говорил тебе никого не убивать. Что, блядь, это было? Ты что, настолько тупой, что воспринял спортивную ссылку буквально? - oн постучал по июньскому жуку. Он немного подождал. Он нажал еще несколько кнопок. Затем он снова посмотрел на меня. - Ты убил двух Cлуг Божьих. Невинного человека. Девчушка наверняка тоже уже мертва. Ты проткнул гребаным лезвием пилы ее руку прямо до запястья. Уже слишком поздно посылать команду по уборке. Этот сарай для инструментов кишит ангелами.
- Они пытались добраться до меня.
Он швырнул в меня через всю комнату большую стопку бумаг.
- Ты ведь понимаешь, что это значит, верно? Я должен вернуться в пещеры. Похоже, что это тысячи лет сосания членов и лизания грязных пёзд! Снова. Черт!
- Я не хотел втягивать вас в неприятности.
Его лицо побелело, как будто он только что увидел призрак генерала Ли. Он поднял свой толстый старый палец и приложил его к губам, приказывая мне заткнуться. Постучав по июньскому жуку, он сказал:
- Привет, Филлипс.
Мне стало жарко, и я схватил бутылку с водой. Она снова была полной. Я пробыл там не очень долго, но мне уже не хватало этого прохладного ветерка. Я пощекотал июньского жука у себя в ухе. Руки двигались туда-сюда, как водяной насос в колодце. Может быть, в конце концов, этому июньскому жуку не обязательно было оставаться у меня в ухе.
Мистер Хупер откинулся на спинку своего кресла, как будто это было кресло-качалка на веранде. Его живот выпятился и выскочил из рубашки. Он, казалось, ничего не заметил.
- Да, Филлипс. Я прекрасно понимаю, что произошло.
Он глубоко вздохнул и прислушался к своему июньскому жуку. Я выпил еще воды.
- Да, Филлипс, я понимаю. Ну, вообще-то это была твоя работа - обрабатывать его.
Я щелкнул выключателем на боку своего июньского жука и посмотрел на мистера Хупера, а затем на стеклянный телевизор на его столе. Я решил, что это была телевизионная камера.
- Конечно, я это знаю. Я тот, кто принял пари, - сказал Хупер. - Я знал, что он не был готов, ты, вонючий подонок. Ты воспользовался своим преимуществом. Филлипс? Филлипс? Филлипс?
Потом я увидел, как он пощекотал брюшко июньского жука у себя в ухе и трижды щелкнул выключателем вверх-вниз. Лапки жука оторвались от его уха, и он швырнул его через всю комнату.
Я был прав.
Он действительно оторвался.
Я подошел к тому месту, куда он его бросил. Когда я наклонился, чтобы поднять его, Хупер начал кричать.
- Ты, ебаный идиот! Забей же ты уже на него. Мне он не понадобится там, куда я направляюсь.
Когда я дотронулся до его июньского жука, он уполз, так что я больше не беспокоился о нем.
- Куда вы отправляетeсь? Разве у нас нет других игр, в которые можно поиграть?
- К несчастью для меня, я возвращаюсь в пещеры на Бог знает сколько времени, - oн начал плакать. - Филлипс будет твоим новым куратором.
- Мистер Хупер, я не хотел ничего плохого. Я просто делал то, что считал правильным.
Он подошел ко мне и положил руку мне на плечо.
- Я понял, Кантри. Ты не знал. Это была моя ошибка. Мне не следовало объяснять тебе эту работу так, как я это сделал. Более того, мне не следовало посылать тебя на задание без какой-либо подготовки.
Затем, из ниоткуда, куча красных огоньков начала мигать по всей комнате. Я не думаю, что они там раньше были.
- Что, черт возьми, теперь? - закричал Хупер, вытирая слезы со своего жирного лица. Он побежал за июньским жуком, но он был слишком быстр для него. - Помоги мне, Кантри. Мне нужно поймать его.
Я пробежал мимо него и погнался за июньским жуком по полу, вверх-вниз по стенам, пока мы, наконец, не загнали его в угол у корыта.
- Не ломай его, Кантри. Мне он нужен целым.
Я опустил руки и сложил их вместе. Этот июньский жук со всеми своими сотнями лапок заполз прямо в мои пальцы, как в колыбель. Я медленно встал и протянул руки. Полагаю, это было самое меньшее, что я мог сделать для бедного старого мистера Хупера.
Он схватил этого маленького парня за несколько ножек и приложил к уху.
- Филлипс? Что теперь? - oн сделал паузу. - Красный код, пять-пять-девять? Это невозможно, - oн вернулся к пишущей машинке "Lite Brite" и нажал несколько кнопок. Какие-то изображения мелькали на этом оконном стекле телевизора. - Ни за что, Филлипс, - oн повернул диск на боковой стороне стола. - Я понимаю, что у нас не хватает персонала. Он только что убил четырех человек. Я ни за что не собираюсь снова посылать его наверх.
Он закрыл глаза.
- Я спрошу его.
Я сделал глоток из бутылки с водой.
- Что означают все эти огни, мистер Хупер?
- У нас сложилась ситуация, Кантри. Серьезная ситуация. Красный код, пять-пять-девять, если быть точным.
- Я не знаю, что он значит.
- Это означает, что Бог и его команда - я имею в виду его соратников - собираются уничтожить одного из наших самых драгоценных хозяев. Они явно злы из-за того, что произошло ранее.
- Bы имеетe в виду со мной?
- Да, Кантри. С тобой
- Ну? - спросил я его. - Что мы можем сделать?
- Филлипс хочет отправить тебя обратно, чтобы ты сражался с Божьими Cоратниками. Я сказал ему, что спрошу тебя.
Я подумал о том, чтобы пощекотать этого июньского жука у себя на ухе. Это был мой шанс. Если мистер Хупер не собирался вернуться в пещеры, то и я тоже. Я уверен, что у меня не было особого интереса сосать члены.
- Я сделаю это. Клянусь, на этот раз я никого не убью.
Он испустил гигантский вздох облегчения.
- Может быть, нам все-таки не придется возвращаться в пещеры. Залезай в капсулу и готовься к транспортировке.
Он имел в виду корыто. Я сделал, как мне было сказано.
Он постучал по своему июньскому жуку.
- Филлипс. Мы сделаем это. Однако, ты должен пообещать мне, что, если нам удастся защитить имущество, ты заступишься за меня.
Мистер Хупер щелкнул пальцем по желобу, затем постучал по этой пишущей машинке "Lite Brite".
- Залезай, - сказал он мне.
- Спасибо, Филлипс, - сказал он. - Я знаю, что мы еще не исправили эту ситуацию, но спасибо.
Он постучал по своему июньскому жуку и подошел ко мне.
- Они собираются позволить нам сделать это, Кантри. Боже милостивый.
- Боже милостивый, - сказал я.
Он наклонился примерно в то же время, когда шезлонг начал падать в корыто. Подливка снова начала подниматься вокруг меня.
- Каковы правила, Кантри? Пожалуйста, выслушай меня на этот раз.
- Никого не убивать.
- И...?
- И не снимать это и не выключать камеру.
Он поднял руку, как будто отдавал мне честь.
- Спасибо, что согласился, солдат.
Я отсалютовал ему в ответ. Решил, что это было правильно.
Крышка портсигара начала складываться на мне, и подливка заполнила корыто. Я ни за что больше не собирался возвращаться в те пещеры.

***


Я открыл глаза.
Я был в постели. Я сунул руку между ног и, как и раньше, там не было мужских гениталий, но там точно была кровь.
Я посмотрела на свои мокрые пальцы. Это снова были маленькие девичьи пальчики. Я перегнулся через край кровати и вытер их о какой-то коричневый ворсистый ковер.
Песня, которую я узнал, звучала из проигрывателя в комнате.
Немного Кантри, Немного Рок-Н-Ролла. Мне всегда нравилась эта песня. Я думаю, что это была моя любимая песня.
Грязный старый вентилятор едва дул на меня с ночного столика. Это было совсем как в то жаркое лето, когда в хозяйственном магазине закончились вентиляторы. Было жарко, но не так жарко, как в Aду.
Я слышал, как за окном стрекочут сверчки.
Я постучал по июньскому жуку.
- Мистер Хупер, вы меня слышитe.
Да. Теперь включи камеру.
Я встал с кровати и выглянул в окно. Я увидел красивую ферму снаружи и старые ржавые качели. Качели выглядели знакомо. Я сделал глоток воды из стакана, стоявшего рядом с вентилятором. Снаружи две гончие собаки гнались за белкой. Все эти годы в пещере заставили меня забыть, как сильно я любил быть живым.
Я хотел снова быть живым.
- Я не думаю, что мне стоит включать эту камеру, мистер Хупер, - прошептал я.
О чем ты говоришь, Кантри? Включи камеру. Мы должны защитить активы. У нас была сделка!
Я начал тереть июньского жука точно так же, как мистер Хупер до этого.
- Нет, у нас не было никакой сделки. Это у тебя была сделка с мистером Филлипсом.
Будь ты проклят, Кантри! Ты не можешь так поступить со мной. Ты подписал контракт.
- Вот тут ты ошибаешься. Я никогда ничего не подписывал и ничего не предпринимал. Ты сам это сказал, - я трижды щелкнул выключателем на июньском жуке вверх-вниз, и он начал вырываться из моего уха. - Я хочу снова быть живым, мистер Хупер. Я никогда не захочу возвращаться в те пещеры.
Не делай этого, Кантри! Ты не можешь так поступить со мной!
Июньский жук спрыгнул с моего уха на пол, и я больше ничего не слышал в своем ухе. Я был свободным человеком. Свободен вернуться на Землю, слушать свою любимую песню и чувствовать дуновение ветерка жаркой летней ночью.
Я встал с кровати и начал топать босыми ногами по июньскому жуку в такт песне Донни & Мари, которую, как я помнил, так сильно любил. Жучок щелкнул, зашипел и заискрил. Наконец-то все это вышло из-под контроля.
Я пересек свою новую комнату и взял тряпичную куклу. Я взял еe с собой в постель. Это было не так хорошо, как чувствовать женщину рядом с собой в постели, но это было лучше, чем Ад. Это было лучше, чем те пещеры, и это было лучше, чем выполнять приказы толстого старого мистера Хупера.
Как раз перед тем, как я начал засыпать в своем новом теле, в своей великой новой жизни, дверь в спальню со скрипом открылась, и из коридора проникло немного света. В комнату вошел мужчина и направился к моей кровати.
Он сел.
Я узнал это лицо.
Это был... я.
Узнаешь себя, Дьякон Фaтч?
Я начал моргать и пыхтеть. Я попытался ответить голосу мистера Хупера в моей голове, но из уст этой девочки не выходило ни слова.
Как ты можешь со мной разговаривать? - мысленно спросил я его.
Да ладно тебе, Джонни. Ты действительно думаешь, что Ад заключается в том, чтобы давать людям повышение по службе и отправлять их на Землю в отпуск? Ха!

- Я не понимаю, сэр. Пожалуйста, верните меня сейчас же!
Я продолжал кричать, но ничего не выходило.
Дьякон Джонни Фaтч - я - начал пробегать потными руками по волосам моей маленькой девочки. Затем он начал тереть внутри моих окровавленных женских частей.
Назад пути нет. Здесь нет агентов. Здесь нет обработчиков. Нет никакого Филлипса. Наша работа - наказывать людей за их грехи. В конце концов, это же Ад, парень.
Затем все это вернулось ко мне так же быстро, как мама-птичка, приносящая еду в свое гнездо.
Моя жизнь в качестве Дьякона Джонни Фaтча не угодила Богу.
Я трахал девочек из своей паствы. Я насиловал их. Я убедил их. Я сказал им, что могу избавить их тела от дьявольского зла. Девочка, внутри которой я был... что ж, это я убил ее. Ее мама и папа сказали мне, что она одержима и я согласился приглядеть за ней...
Я похоронил ее под теми качелями снаружи.
Я не могу сказать, что мне было приятно познакомиться с тобой, Кантри, - сказал Хупер.
А потом, как только моя голова снова успокоилась, другой я вдавил голову моей маленькой девочки в подушку на кровати. Девочка попыталась закричать. Я попытался закричать. Никто ничего не слышал. Я почувствовал все, когда мой собственный пенис вошел в эту девочку, и как эти мокрые, окровавленные руки обхватили горло этой маленькой девочки.
Добро пожаловать в твой собственный Ад, Дьякон Фaтч.

Просмотров: 240 | Добавил: Grician | Теги: Олег Казакевич, Дрю Степек, Грёбаные Отморозки Горят в Аду | Рейтинг: 5.0/1

Читайте также

Иногда даже серийным убийцам приходится балансировать между семейной жизнью и карьерными устремлениями....

Парочка жадных пройдох решили сэкономить, но всё (как всегда) пошло не по плану....

Самый популярный писатель Америки написал для Playboy рассказ, полный двусмысленных оборотов и рискованных ситуаций....

Обычная семья постепенно оправляется от смерти одного из своих детей. Жизнь наконец-то налаживается. Вот только отец семейства, виновный в смерти сына, начинает что-то постоянно записывать......

Всего комментариев: 0
avatar