Авторы



Она пережила трагедию и издевательства. Теперь она другая. Опасная и смертоносная. Она - хищница вышедшая на охоту. Она любит людей... на вкус. С соусом!






Моя бритва скользила по сосудам его горла, когда я почувствовала, как он кончает внутри меня. Выплеск крови и его кульминация одновременно довели меня до оргазма. Мои пальцы на ногах свело от напряжения. Я закричала от наслаждения, когда он плюхнулся рядом со мной, схватившись обеими руками за горло. Взгляд его глаз привел меня в восторг, и я снова кончила. Мои пальцы скользили по животу, смазывая кровь, хлынувшую на меня, пока я смотрела, как он пытается остановить кровотечение. Повернувшись на бок, я положила два окровавленных пальца на его губы.
- Ш-ш-ш-ш, - сказала я.
Он булькнул в последний раз и перестал дышать.
Было ли мне наплевать, кто он? Нет. Если у него есть жена и дети, еще лучше, ему вообще не стоило снимать проститутку. Но это еще не самое худшее. В постели он отстой.
Когда я встала, остатки его спермы начали медленной струйкой стекать по моей ноге. Кровь струйкой стекала по моему животу и стекала по другой ноге, как будто хотела наперегонки с остальной жидкостью добраться до пола. Я поставила голую ногу на его горло и надавила. Дрожь удовольствия пронеслась от моих гениталий к сердцу, когда кровь хлынула из раны. Теперь она была венозной, сонная артерия перестала перекачиваться, когда остановилось его сердце.
Стоя на коленях рядом с ним, я открыла ему рот и вытащила язык. Одним движением бритвы он отделился от его тела. Я быстро сунул его в рот и проглотила целиком. Это ощущение напомнило мне о том, как он ласкал заднюю стенку моего горла своим большим членом. Вцепившись в мои волосы он интенсивно насиловал меня в рот. Тогда я почти откусила его причиндалы, но мне нравится само ощущение, когда он или они кончают внутрь. Горячая сперма, толчками выстреливая в горло, протекает дальше. Никаких презервативов. Я не люблю их и никогда не просила клиентов пользоваться ими. В девяноста процентах случаев мужчины соглашаются. В этот момент я хотела его сердце.
Мои инструменты были в моей сумочке. Я положила ее на стол в мини-кухне отеля. Когда мы перебрались на пол, он даже не заметил, что под одеялами лежит брезент. Он был слишком занят, я в этом убедилась. Я вытащилa маленькую ножовку. Я наточилa ее накануне вечером.
Я выпотрошила его, чтобы освободить место, потому что мне нравилось начинать с ксифоидного отростка и резать до стернальной выемки. Пила прошла через кость легче, чем я думала. Хороший знак, что я правильно ее наточила. Все же женщины - лучшие хозяйки.
После того, как я вскрыла грудную клетку, обнажив висцеральную оболочку легких и сердца, я убрала ее с дороги. Курган сердечной мышцы, неудачно утопленный в груди и удерживаемый окружающими сосудами, заставил меня разинуть рот. Я чуть было не засунула внутрь свое лицо и не начала обгладывать прямо тогда, но я могла подождать. Не потребовалось много времени, чтобы освободить его полностью.
Этот кусок дерьма, лежащий передо мной, очень напоминал мне... его. Ублюдка, который запер меня в своем подвале на три дня, изнасиловал и, по сути, вывернул меня наизнанку.


Его звали Эрик Вандерморт; он был известным врачом и чертовым столпом общества. Мы начали встречаться вскоре после того, как я закончила колледж. Но моя мораль помешала нашим отношениям, потому что я хотела оставаться девственницей до свадьбы. Так делала моя мама, и так хотела сделать я. Моей целью было с гордостью надеть это чертово белое свадебное платье и отдаться счастливчику в первую брачную ночь. Из-за этого в школе меня прозвали "Тугая Тери".
Он давил, настаивал и упрашивал, и в конце концов я сказала, что поглажу его и сниму с него напряжение рукой, но одно за другим, и вскоре он начал принуждать меня к оральному сексу. Он душил меня до тех пор, пока мой рвотный рефлекс полностью не прошел. Наверное, поэтому у меня так хорошо получалось заглатывать. Но в конце концов я не позволила ему прикасаться к себе, даже тереться поверх одежды. В школе была одна девочка, которая забеременела, когда парень кончил ей на трусики во время сеанса трения, а я не собиралась беременеть, даже если бы это выглядело как непорочное зачатие.
Я пыталась порвать с ним.
Он предложил перемирие и сказал, что согласен на оральный секс. Я сказала:
- Отвали и сдохни.
Ему это не очень понравилось. В один прекрасный момент я была в своей квартире, крепко спала, а когда проснулась, обнаружила себя привязанной лицом вниз на одном из этих массажных столов. Он заклеил мою голову скотчем, а лицо засунул в дырку по форме пончика. Стол наклонился под углом примерно сорок пять градусов, и я знала, что на мне были только ночная рубашка и трусики. Я не могла говорить из-за маленького резинового шарика, который он засунул мне в рот. Я едва могла дышать через нос.
Я не помню, сколько пролежала там, в кромешной тьме, прежде чем зажегся свет. Он ничего не сказал. Он снял с меня трусики и стянул ночную рубашку через голову. Из моих глаз потекли слезы, и стало трудно дышать из-за соплей, скапливающихся в носу. Его палец легонько прошелся по моим гениталиям, и мое тело откликнулось. Я немного намокла. Он начал лизать между моих лопаток и медленно спускался вниз. Все ниже и ниже.
Он лизал меня, казалось, бесконечно, а потом я почувствовала его на себе. Он терся вверх и вниз. Я хныкала от этого, и он действительно остановился. Затем, без всякого предупреждения, он ворвался в меня. Я почувствовала, как он разрывает меня изнутри, а потом он кончил. Я закричала изо всех сил сквозь шар и ленту. Было очень больно. К моему удивлению, он подмыл меня, положил прокладку в мои трусики и ушел, выключив на прощание свет.
Понятие времени ускользало от меня, как от преступника в метро. В комнате не было окон, и смотреть было не на что, кроме голой кирпичной стены в двух футах перед моим лицом. Я проснулся, когда включили свет. Я даже не помнила, как заснула. Он снова изнасиловал меня, и это было очень больно. Он не сказал ни слова. Похлопал по попке и снова уходя погасил свет.
Я перестала считать, сколько раз он приходил, и решила, что он просто заморит меня голодом. Мое горло словно кто-то поджег. Жжение пронзило носовую полость, и я поняла, что у меня синусовая инфекция. Я поняла, что это убьет меня. Я выдула столько соплей и крови, сколько могла, и все равно у меня работала только половина ноздри. Чувство надвигающейся гибели переполняло мою душу.
Однажды ночью, утром, неважно, что это было, меня разбудил тычок в руку, и я почувствовал холодный прилив жидкости к венам. Мне действительно стало немного лучше. Этот ублюдок дал мне жидкость и антибиотики. Я не знал, почему он не дал мне просто... умереть.
Я чувствовала себя мокрой и покрытой коростой. Иногда он использовал смазку, но чаще всего нет. Однажды он проявил изобретательность и попробовал мою другую дырочку. Но у меня еще оставались мышцы. Я напрягалась как только могла, чтобы не пустить его в свою попку и он наконец сдался. Или я так думала. В какой-то момент, я думаю, он вырубил меня, а затем сделал свои дела там, сзади, потому что когда я очнулась, моя щель была такой, как будто кто-то разворотил ее битой.
Клейкая лента, закрывавшая мой рот, наконец, отклеилась, и я выплюнул шарик на пол. Горло болело, когда я пыталaсь дышать. Во рту не было никакой влаги. Я облизалa губы, они покрылись язвами. Я извивалась и корчилась столько, сколько себя помню, и наконец лента, удерживающая мои запястья, поддалась. Я высунула правое запястье и быстро освободила себя от ремней. Я попыталась встать, но мышцы в ногах затекли, а ступни онемели. Я упалa на пол. Изнасилованная и обессиленная. Голая, одинокая и злая.


Когда к моим конечностям вернулась чувствительность, я нашла выключатель на стене. Я закрыла рот рукой, чтобы не закричать, когда увидела предметы на маленьком столике прямо за массажной скамьей. В пластиковом контейнере лежали замоченные хирургические инструменты. Рядом стояло ведро на один галлон. Я заставила себя посмотреть и, увидев внутри куски окровавленной плоти, несколько раз сухо выдохнула. Только позже я узнала, что он сделал вагинальную гистерэктомию.
Откуда-то сверху хлопнула дверь, и я быстро составила свой план. Внутри тазика, наполненного мокрыми инструментами, лежал хирургический скальпель. Я схватилa его и выключилa свет. Знакомый топот его ног в последний раз прозвучал в моем мозгу, когда он спускался по лестнице, несомненно, чувствуя себя резвым. Я стояла рядом с выключателем. Его ключи звенели, когда он открывал дверь. Когда он включил свет, я взмахнула скальпелeм, как боксер, наносящий апперкот. Лезвие вошло ему под челюсть, и когда он закричал, я увидела, что оно прошло через весь рот, застряв в голове, возможно, где-то в носовой полости. Его вырвало, он потянулся за скальпелeм, но я вытащила его слишком быстро. Он попятился назад, держась за окровавленное горло. Тогда я заметила тарелку на столе, на ней было больше кусков плоти, вилка и нож. Этот сукин сын пожирал мои внутренности.
Кровотечение не останавливалось, но он, похоже, не умирал. Он бросился к двери, и я полоснул его скальпелeм по лицу, вырезав один глаз. Он упал на пол, держась за глаз, а сквозь пальцы сочилась стекловидная жидкость вперемешку с кровью. Он кричал, как десятилетняя школьница. Я прыгнула на него сверху и просто начала наносить хаотичные удары. Не знаю, сколько раз, я просто отпустила его, нo когда он перестал дергаться, я пересталa наносить удары. Но, он все еще был жив. Его целый глаз двигался из стороны в сторону, как будто он все еще планировал свой побег. Я заставила его смотреть, пока я его кастрировала. Он булькал и блевал кровью. Затем, прежде чем свет полностью погас, я сунул в рот кусок его пениса. Странно, но меня не стошнило, когда я глотала; он приучил меня к этому. Он умер через пару минут. В агонии.
О моей травматической гистерэктомии знали только я и мой акушер-гинеколог. Но я уехала из этой адской дыры и оказалась в Сиэтле. Воспоминания о пережитом стали преследовать меня днем и ночью. Пытаясь отогнать болезненные воспоминания, я пошла в бар. Моей целью было выяснить, могу ли я получать удовольствие от секса. Я познакомилась с довольно симпатичным, жаждущим мужчиной средних лет. Мы вернулись к нему домой. Он был немного груб со мной, когда я сказала, что не хочу заниматься сексом. Тогда я достала из сумочки свой сувенир и полоснула ему по горлу. Удивительно, но это привело меня к оргазму.
Еще лучше то, что это прекратило кошмары и воспоминания.

***


Мой мобильный зазвонил как раз в тот момент, когда я откусила первый кусочек от сердца мужчины. Я посмотрела на имя. Там было написано "Мюррей". Черт, мой босс!
- Детектив Кили, слушает, - сказала я с набитым ртом.
- Тери, это Лори.
- Привет, шеф, что случилось?
- Ты продвинулась в том деле?
- Почти. Я все еще хожу по району, разговариваю с некоторыми девушками, но, похоже, никто ничего не знает.
Я ухмыльнулaсь, глядя на изуродованный труп на полу прямо передо мной.
- Черт! Хочешь собрать спец-группу?
Я была немного уязвлена и удивлена одновременно.
- Ради старых времен, Лори?
Мы были напарниками шесть лет, до того, как онa получилa повышение, до того, как все это начало происходить.
- Да, что скажешь? Бросим все силы. Объединимся для успеха.
- Нет. Спасибо. Мне нравится работать одной. Кроме того, кто будет звонить и доставать меня...
Я сделалa паузу, глядя на сердце, лежащее на тарелке передо мной.
-...когда я занята.
Онa рассмеялась. Сказалa мне быть осторожной и повесилa трубку.
Покончив с едой, я надела комбинезон, бахилы, перчатки и завернула труп в брезент и мятые простыни. Я выбрала комнату в дальнем углу отеля, на нижнем этаже, недалеко от парковки, а сзади был дикий лес. На окраине Сиэтла такое найти несложно.
Я спрячу тело в лесу, а потом выброшу его в воды Пьюджет-Саунд. Звучит как план. В последнее время были замечены большие белые акулы. Возможно, я имела к этому какое-то отношение, так как я, по сути, засоряла водоем.
Часы показывали два часа ночи, когда я выехала с парковки на его машине, мои волосы все еще были мокрыми после душа. Никто из жильцов еще не проснулся, а противный тип за стойкой крепко спал, прикрыв лицо газетой. Хорошо, что я внесла предоплату за комнату. Я очень хорошо умела заметать следы. Не помешало и то, что я была главным детективом, охотившимся за самым известным серийным убийцей в истории Сиэтла, проституткой-каннибалом... мной.

Перевод: Константин Хотимченко |
Автор: Нейт Берли | Добавил: Grician (13.05.2021)
Просмотров: 46 | Теги: Нейт Берли, рассказы | Рейтинг: 5.0/1

Читайте также

Записки выжившего в ядерном апокалипсисе......

У любителя экстремального и не совсем законного порно проблемы: его увольняют с работы, в дом наведывается полиция, а он судорожно пытается понять, кто причиняет ему неприятности....

Уокер никогда не считал себя каким-нибудь гением, но знал, что его тело никогда не ошибалось....

Нужно быть осторожным, когда проводишь расследование преступления для статьи, иначе ты сам можешь стать историей. Особенно, когда собственные заметки предупреждают вас......

Всего комментариев: 0
avatar
Открыть профиль