Авторы



Он богат, весел и беспечен. Он сорвал крупный куш в казино и познакомился в баре с красоткой. Он картежник и ловелас, привыкший брать от жизни все. Но секреты прошлого вновь оживут, и напомнят о себе болью и ужасом.
Читайте рассказ Рекса Миллера, признанного мастера саспенса и страха. Он смело переплетает секс, кровь и обреченность с нитями драматизма, держа в напряжении до последней страницы...






Он подцепил ее в баре рядом с одним из больших шумных казино со стриптизом. Должно быть, это была шоу-герл. Грациозная лань с ногами, которые никогда не кончались, и красивым лицом - или так только казалось при освещении в баре отеля? Здесь подбирали официанток, которые выглядели на миллион баксов, пока не попадали под яркий свет. Пфайферовский рот оказывался накрашенным помадой, а губы - совсем маленькими.
Ее длинные, светлые волосы были убраны со лба. Это было первое, на что он обратил внимание. Он ненавидел эти вьющиеся чертовы челки, а сейчас так много женщин носят волосы именно в таком стиле, с зачесанной на глаза густой бахромой. У нее было хорошее, сильное лицо со смелыми чертами и скулами модели или телевизионной актрисы - очень красивое.
За ней пытался приударить парень лет на десять моложе его самого, в коричневой замшевой рубашке, с волосами почти такой же длины, как у нее. Она остудила его парой слов, и он пошел дальше. Это было фиаско.
- УУУУУУ! - закричал кто-то.
Они встретились глазами и рассмеялись.
- Еще один довольный клиент?! - спросил мужчина, и она кивнула.
- Похоже на то.
У нее были красивые ровные зубы. Должно быть, виниры. На мгновение он подумал, не профессионалка ли она, но профессионалка, которая так хорошо выглядит, работала бы где-нибудь на телефоне, она бы не сидела в баре казино, в поисках заблудших душ.
Девушка по имени Барри, которая обычно работала на этой точке в ранние смены, была официанткой, что было очень кстати. Она знала, что нужно делать, когда рядом находится свободная девчонка и одинокий посетитель.
Он почувствовал, как Барри подошла к нему сзади и взяла его старый стакан, обменяла на новый напиток, но сделала это в стиле Мэрлин Монро, прижавшись к нему всем своим телом. Она хорошо выглядела в мини-шортиках и коротком топике, который носили девушки в этом отеле. Потерлась об него, делая это хорошо, поддразнивая его, спрашивая его, хочет ли он чего-нибудь еще, таким придыхающим шепотом, что кружилась голова. У Барри была красивая, большая грудь, и его возбуждало то, что он получал полное обслуживание - даже если он сам за него платил.
Он даже не потрудился сказать "нет" - лишь незаметно покачал головой. Никакой улыбки. Ничего. Охладил сучку до костей, так ей и надо. Он увидел, что красотка наблюдает за этой встречей, причем, как ему показалось, с долей безразличия.
В таких условиях, пришлось быть очень осторожным, чтобы она не увидела, как он засовывает сложенный полтинник под салфетку для коктейля. Он был рад заплатить за это, когда кто-то заставлял его хорошо выглядеть. Поднимать самооценку. Это был его выбор. Вот почему он был картежником, а не зарабатывал деньги старым добрым способом - изнурительной работой. Ему нравилось мошенничать. Нравилось выигрывать и выходить победителем. Это был кайф.
Таких как он, вы не найдете в комнате с газетой "Sun", открытой на странице с рубрикой "ЗНАКОМСТВА":
НАТАША - 42-D! Экзотическая, чувственная брюнетка. Я люблю веселиться всю ночь напролет, и я имею в виду долго и упорно.
24-ЛЕТНЯЯ БЛОНДИНКА хотела бы встретиться с тобой лично. Привлекательная, раскрепощенная, готовая воплотить ТВОИ фантазии. Не агентство.
ОСЕДЛАЙ КОБЫЛКУ! Специализируемся на близняшках. У нас есть стильные, хорошо сложенные эскортницы, которые любят пошалить именно с ВАМИ. Адрианна и Лиза красивы, глупы и им 21 год. Когда вам в последний раз было 21?

Он смотрел, как она скользит руками по восхитительным бокам. Что-то, вроде нервной привычки. Он изучал подобные вещи. Неконтролируемый язык жестов. Она заметила, что он смотрит на нее, его темные глаза прикованы к прекрасным ногам танцовщицы в туфлях на шпильках, юбка была короткой, но очень задралась, как это бывает, когда человек садится.
Она попыталась немного опустить юбку, но не преуспела в этом. Убедившись, что у него полный зрительный контакт, он спросил ее, разрешит ли она ему купить ей выпить.
- Нет, спасибо, - просто ответила она.
Это не был полный отказ. Или даже "я так не думаю, не сегодня". Не было похоже что она хотела отговориться. Просто откровенный, простой ответ. Нет. Но все равно спасибо. Сурово и четко. По существу.
- Не хотите составить компанию, пока мы допьем наши напитки? - eго лицо оставалось улыбчивым и безмятежным.
Он не привык пасовать.
- Ладно.
Она улыбнулась и пожала плечами, давая ему понять, что ей все равно, так или иначе они обречены находится в одном помещении. Теперь все зависело от него, мелькнула мысль. Он взял свой напиток и пересел за ее столик. С удовлетворением он заметил краем глаза, как Барри появилась вновь и стала убирать его столик. Всегда приятно работать с профессионалами своего дела.
- Вы здесь в гостях? - спросил он.
В Вегасе все спрашивали, не из другого ли ты места, даже некоторые местные жители. Если и было на земном шаре какое-то ничейное место, то это был Лас-Вегас, штат Невада.
- Да. Я здесь по делам. Побуду здесь пару ночей и вернусь домой.
Через пару минут он знал о ней все. Профессионализм не пропьешь. Она работала в рекламном холдинге. Домом, как выяснилось, был Сан-Франциско. Ее звали Робин Арней, Арней с Й. Ар-неЙ. У нее был голос, как у проститутки, или, может быть, он был просто очарован. ("Позвони Кэнди для горячего совокупления! Мне нравится то, что нравится тебе!") Она была культурной, утонченной, воспитанной, она полностью его заводила.
Они говорили о текущих делах, погоде, выборах в сенат и прочей незначительной ерунде. У них было много общего: они оба считали, что все заложники должны быть освобождены; серийные убийцы были страшными; вице-президент был придурком; аборты были спорным, щекотливым вопросом; стоимость медицинского обслуживания в США была слишком высокой; и время слишком быстротечно.
- Что ж, - сказала она, - было очень здорово. Приятно познакомиться.
- Мне тоже, - сказал он ей. - И мне приятно.
- Я должна лечь спать пораньше, - сказала она и, своей правой рукой, провела по колену, сдвигая его назад, касаясь короткой юбки и скользя - он был уверен - по бедру.
Он не мог точно увидеть это, но он это почувствовал. Разумеется, чтобы все не испортить, он из последних сил старался не смотреть на ее юбку. Он был уверен, что это самая сексуальная женщина, которую он когда-либо видел в своей жизни. Она сводила его с ума.
- Конечно-конечно, - сказал он.
Впервые в жизни у него развязался язык. Он так сильно хотел ее, что это сделало его глупым. Куда пропало все выработанное годами красноречие?!
- Эм, я не хочу прощаться. Это звучит нелепо?
- Нет. Это на самом деле очень мило, - сказала она ему, глядя на него своими большими глазами, которые были глубокого, удивительного василькового цвета.
Все в ней было такого цвета - от ее туфлей на высоких каблуках до юбки, которую она почти расправила. И тонкой блузки, с распахнутыми пуговичками, открывающими вид на восхитительное декольте. Ультрафиолет во всем. Он чувствовал жар, исходящий от этого молодого и утонченного тела.
Он был готов. Пот струйками стекал по его спине. Во рту было сухо, как в пустыне, и он чувствовал себя стодвадцатилетним неудачником. Хотя на самом деле ему сорок один год, и он боялся все испортить. Странное, почти позабытое чувство неловкости, вновь вернуло его в период юности. Что же она творит...
- Пожалуйста. Мы можем провести еще немного времени вместе?
Ее чарующие васильковые глаза расширились, а крупные ресницы захлопали. Прошло полсекунды, пока она осматривала унылый вид бара казино, как бы говоря: где? здесь?
- Только не тут. Мы могли бы пойти - куда-нибудь еще, как ты думаешь?
Он пожал плечами.
- Может в мою комнату? - он проболтался, как ребенок.
И поморщился от собственной глупости. Только что сам все испортил. Где мозги!
- Хорошо, - неожиданно сказала красотка.
Она улыбнулась, и его сердце растаяло. ЙА-ХА! Он хотел кричать, как довольный победитель за столом для игры в кости. О, детка, не облажайся сейчас!! Не тогда, когда ты так близок к тому, чтобы стать звездой. Милосердия. Если Бог, есть, то это он дарит ему свою любовь. Повезло, как всегда!
В лифте они соприкоснулись руками, и он словно схватился за раскаленный провод, словно опустил ноги в бассейн с водой, когда туда бросили тостер. Ударная волна прошла по его руке и устремилась прямо в пах. Он никогда не хотел женщину так отчаянно, как хотел Робин-погорячеЙ!-Ар-неЙ-горячую-как техасский-Чили-кон-Кар-неЙ.
Долгий путь по коридору до его номера занял целую вечность. Если ключ заклинит, он молча поклялся взять ее прямо там, в коридоре. Горничные и обслуживающий персонал могли просто катиться прочь. Весь мир подождет!
Внутри он судорожно сглотнул, размышляя, стоит ли налить им выпить или еще что, но она не собиралась растягивать уже ненужную прелюдию. Как только дверь номера закрылась, она начала раздеваться.
Она точно была танцовщица, эта Робин. Невозможно двигаться так грациозно без тренировки, а у этой леди были кошачьи повадки. Легкое движение тонких рук по своей груди, незначительный изгиб тела, и вот уже блузка упала к ногам. Под ней оказался высокий бюстгальтер - как и должно было быть - фиолетового цвета. Змеиные движения бедер, и вот уже тесная юбка опускается поверх блузки на пол. Черт! На нее можно было просто смотреть. Она стояла, позируя на высоких каблуках, без ничего, только кружевные G-стринги, и лифчик поднимающий эти красивые груди вверх. Она была великолепна.
Он не помнил, как сбросил с себя одежду, настолько он был поглощен ею - полностью захвачен этим шоу. Когда она наклонилась, держа ноги очень прямо, чтобы прикоснутся к своим туфлям, это было такое потрясающе сексуальное движение, что ему пришлось сосредоточиться, чтобы не упасть в своих жокейских шортах.
И все же она не прикоснулась к нему - она дразнила его персиковым пухом загорелой руки, глубокой впадиной горла, мягкого и длинного, как у Модильяни, ладошкой что медленно тянулась вниз и ласкала себя, становясь горячей и влажной для себя, но не для него. Она играла с ним, виртуозно доводя до исступления, дразнила и манила, возбуждала и умело доводила до пика. Поворачиваясь и даря ему свою попку класса "девушка с календаря", длинные, стройные голливудские ноги, поворот изящной верхней части тела и эрегированные соски, разворот назад с высокими полумесяцами наглой попки, упершейся ему в лицо, кокетливое телесное покачивание шелковистого бедра, и он не выдержал. Он было ринулся в атаку, заключив в свои руки ее мягкую грудь, но она решительно отстранила его от себя указательным пальцем, уткнувшимся в живот.
Снова дразнит, - подумал он, и в истоме прикрыл глаза. Опять взглянув на красотку, он с восторгом увидел, что она стоит на четвереньках и клонится в его сторону. Ее волосы, что так приглянулись в самом начале, мягкими волнами ниспадали вниз, касаясь его коленей, ее груди нежными полусферами свисали вниз - а нежная рука уже ласкала и массировала предмет его мужского величия. Резко откинув волосы назад, она бросила озорной взор, облизнулась, распахнула свой ротик и, наклоняясь, прошептала:
- Теперь уже можно.
Ее губы были настолько нежными, язык юрким, а рука, помогающая им, умелой, что он впал в истому, чувствуя, как плавно погружается в нее почти до самого конца. Быстро-быстро двигаясь, пребывая в ней, скользя в теплой влаге ее рта, он ощущал все изгибы ее горла, мягкий язычок, тепло податливого неба. Почувствовал дрожь своих ног, и накатывающиеся волны наслаждения.
Сквозь полуприкрытые глаза он тупо наблюдал за тем, как вздымается и опускается ее роскошная шевелюра, как покачиваются в такт этим плавным движениям ее шикарные бедра и колышатся ее спелые груди, и очень скоро он понял что не может больше сдерживаться. Резко схватив ее за затылок, он со стоном выгнулся, хлынув в нее. В ответ на его первый залп она напряглась, издала какой-то булькающий звук, и смело вобрала потоки его спермы в себя.
- Я не в себе. Я умер, - прошептал он.
Он чувствовал себя так, как будто его сбил грузовик.
- Ты так думаешь, дорогой? - в ответ прошептала она, и облизала свои маленькие губы. - Подумай ещё раз.
Она отодвинулась от него, и он смотрел, как она стоит на месте, медленно перегибается через стол рядом с кроватью. Ноги в туфлях на высоком каблуке, в них они были около десяти футов длиной. Бесконечные, очаровательные ножки. Она повернулась к нему попкой и шлепнула себя сначала по левой ее половинке, потом по правой. И это было слишком для него. Она увидела вновь растущий интерес и мягко надавила на плечи, понуждая лечь на кровать.
Она, склонилась над ним, и он почувствовал ее восхитительную грудь на своем животе. Волосы коснулись тела. Затем все пропало, но только на миг. В это время она перекинула через его бедро ноги, замерла, удерживая рукой его член, вторую руку поднесла к губам и плюнула в нее. Он ощутил мокрые от слюны пальцы рядом со своим ртом.
- Смочи, - донесся до него нежный шепот.
Он послушно последовал ее примеру, а она смешала влагу их слюны с соками возбужденной "киски", и плавно согнула ноги в коленях. Он почувствовал как вошел в нее. Мягко скользнул внутрь. Это был миг блаженства. Ее тугие ягодицы вмялись в его бедра, оказавшись в ней целиком, он начал движения. Вверх и вниз. Вниз и вверх. Скользя в окутывающей жаркой влаге, он поймал себя на мысли, что не может думать не о чем другом, кроме как о ней. Она его поглотила, заволокла, сделала невесомым и он растворился в этом ощущении оргазма.
Кончив, он впадал в полусон, но она всякий раз находила способ оживить его, и он потерял всякий счет их соитиям. Какой талантливый язычок. Снова эрекция. Он чувствовал себя на двадцать лет.
А потом она остановилась.
- Что случилось? - ореол истомы постепенно исчезал.
- Ничего. - сухой четкий ответ.
- Эй! Скажи мне. Я, наверное, что-то сделал не так. Что я сделал?
- Дело не в тебе, а во мне. Я странная. - прошептала она.
- Как это? - удивился он, ища пальцами сосок на ее груди.
- Я не могу завестись... Я немного извращенка. Мне нужно, чтобы все было по-особенному, - промурлыкала она.
- Каким образом? Черт, я тоже извращенец, детка. Скажи мне, что заставляет твою подлодку погружаться - я сделаю все возможное, чтобы угодить, - неожиданно для самого себя произнес он.
- Нет.
- Давай.
- У меня есть маленькие фантазии, - oна покраснела.
Либо она была чертовски хорошей актрисой, либо ей было стыдно.
- Какие фантазии? Поделись...
- Изнасилование - ну, ты знаешь. Мне нравится играть, как будто я насилую парня.
- Так играй! Я буду играть с тобой. Вот я - чем не парень?!
- Мне придется связать тебя. Большинство парней не кончают, когда их связывают.
- Чем бы ты меня связала?
- Я не знаю. У меня никогда не получается это сделать. Это просто тайная фантазия, - oна засмеялась. - Просто фантазия.
- Давай сделаем это! Используй мой галстук. Мы найдем что-нибудь. Подожди минутку, - oн так хотел доставить ей удовольствие, что взял свой перочинный нож и перерезал телефонный шнур. Так он завтра заплатит за новый телефон. Он хотел, чтобы эта милая леди была счастлива. - Свяжи меня, не стесняйся. Я буду играть в твою извращенную игру.
- Правда? Ты сделаешь это для меня? - oна казалась застенчивой девочкой.
- Сделай это. Свяжи меня. Изнасилуй меня. Если это то, чего ты хочешь.
Он улыбнулся. Она была так чертовски красива.
- Я возбуждаюсь при мысли об этом, но потом мне становится так стыдно. Женщины не насилуют мужчин, - прошептала красотка.
- Сделай это! Фантазии - это хорошо. Это терапия.
Он убедил ее, и она довольно нежно привязала его к кровати.
- Туже, - сказал он ей. - Так, как ты это делаешь, я даже не связан. Свяжи меня, детка. Изнасилуй мой член.
- Да-да! Хорошо.
Ее это тоже заводило. Он мог сказать определенно. Он смотрел, как эта милая женщина закрепляет его на кровати. Ох уж, эта Робин Ар-неЙ!
- Ты хочешь меня, малыш? - спросил он.
- Да, - oна была готова.
- Сделай это. Ничего не бойся!
Все произошло слишком быстро. Все! Лента была наложена на его рот и сделана профессионально, так, как это могла бы сделать медсестра. Осторожно! Она не пыталась причинить ему боль - чем бы еще она ни увлекалась - так что, по крайней мере, это было не так уж противно. Никакой боли. Хирургическая лента. Клейкая лента - что угодно. З-з-з-зип! - осторожно наклеила скотч, чтобы не попасть на волосы. Он немного встревожился. Откуда она достала липкую ленту? Он попытался освободиться, хотел сказать этой красивой сучке, что она его начинает пугать, чтобы она убрала эту гадость с его рта. Но вместо этого раздалось невразумительное мычание.
- Нет-нет, милый, - oна успокаивала его. - Твой любовник не хочет, чтобы ты кричал. Я не собираюсь причинять тебе боль, но ты сам сказал, чтобы я занималась изнасилованием и позволил мне получить удовольствие. Ты связан и с кляпом во рту - понял?
Хорошо, - oн успокоился. - Хорошо. Но она должна была предупредить его о скотче на его рту и, черт побери, у нее было чертово лезвие О, нет! Теперь он знал, что его обманули. Его подставили. Чертова садистка! Что она собиралась сделать с этим чертовым ножом?! Это все неправда! Это ужас какой-то. Нет и еще раз нет. Мы так не договаривались. О, Боже. Нет. Он умолял ее глазами.
- Правда, сладкий. Ты сказал - фантазируй. Я не собираюсь делать ничего, что могло бы причинить тебе боль. Это не для тебя, - сказала она. Обнаженная и блестящая от пота. - Это для меня.
Что за хрень, что за хрень, что за хрень... Он застрял, как сломанный диск, зацепившийся за иголку проигрывателя. Выбирайся из этого как-нибудь - думай! Ну же, соображай, как ты оказался в этой заднице и что теперь делать?
Она улыбнулась. Она просто сделала разрез, длинный разрез через ее красивый плоский животик. Кровь потекла по линии, на удивление мало для длины разреза, а потом начала стекать по ногам вниз.
- Видишь, малыш? - сказала она сухим голосом.
И она забралась на него, насадилась на его член, мягкий, он вывалился, а ей было все равно. Oна была сверху и улыбалась, и снова: З-з-з-зип, еще один горизонтальный разрез бритвой, и этот мужик, который не молился тридцать лет, надо полагать, сейчас читал что-то в духе Небесного Отца, умоляя сохранить его мужественность там, внизу, но это было не то место, где она его порезала. Она сделала ему такой же разрез, как у себя, по линии живота, и он почувствовал почти облегчение. Затем она немного раздвинула пальцами оба разреза, смешав их тела вместе. Кровь с кровью. Поцеловала его один раз в губы, оставив большой красный поцелуй на белой ленте скотча.
Затем она замерла. Сидела на нем истекая кровью, а пальцами теребила свой клитор. Потом резко отстранилась от него и занялась делом. Совсем другая Робин. Она поспешно оделась после того, как наклеила большой кусок ленты на своем и его животе, вытерлась полотенцем в ванной комнате, убедилась, что на блузке и туфлях нет следов крови. Проверилa свою фирменную прическу и макияж. Он пытался застонать сквозь ленту.
- Конечно, я знаю, детка. У тебя есть несколько вопросов. Позвольте мне, как говорили в ваше время, подвести вас к месту преступления. Меня зовут не Робин Арней, хотя это красивое имя. Она дала мне это имя - это ее имя, и ее план.
Ее имя? Чье имя? - в его голове роились суматошные мысли - Какого дьявола происходит?
- Помнишь Нору? Нору Бирн?
Нора, блядь. Какая-то сучка, которую он знал миллион лет назад. Она смотрела, как его плечи опускаются в знак узнавания.
- Так вот, это подарок от Норы. Она сказала, что ты однажды очень сильно ее обидел - мне не нужны подробности. Сказала, что ты был полным мудаком с женщинами - настоящим засранцем, которого нужно было бы наказать. Так что... - oна повернулась и осмотрела себя в зеркале. Причесала волосы и достала из сумочки список. Перечитала его, как будто это был список покупок в супер-маркете. - Так-что? Правильно. Пришло время платить по долгам, пупсик?
Он не мог ничего сделать, кроме как умоляющими глазами посмотреть на красотку.
- Робин Арней - довольно крутая - это Нора Бирн вперемешку со мной. Ее маленькая шутка, я полагаю. Ты, должно быть, действительно поимел эту даму, да? Ну-ну. В свое время со мной тоже неплохо поработала парочка парней. Вот почему я была готова. Плюс - это большие деньги. Она сказала, чтобы я не брала с тебя ни цента - что ты будешь набит бабками, но чтобы ты их оставил при себе. Это важно! Все, что ей было нужно, - красотка посмотрела на свой список. - Слюна, сперма и кровь.
Она посмотрела на него своими васильковыми глазами.
- Соки тела - верно? Так что у тебя будет мой особый медленный яд. Она сказала, что это идеальный путь для тебя, медленный и трогательный к концу - у тебя будет много времени, чтобы волноваться и думать о предстоящей боли. Она сказала, что тебе было бы неприятно узнать, что ты умираешь такой же смертью, как любой гей или любой наркоман. Ты думал, что ты такой, блядь, особенный, что девчонки сами ложатся под тебя. Каково это понять, что умрешь как последнее дерьмо? Впрочем, не отвечай.
Он потянул за телефонный шнур. Он яростно дергался из стороны в сторону, пытаясь освободить либо руки, либо ноги, связанные тугим телефонным шнуром за лодыжки. Но он сам, заставил ее привязать его туго и как можно сильней. Казалось, она читала его мысли.
Она покачала головой, как бы давая понять, что освободиться не получится.
- Я актриса, и чертовски хорошая, - сообщила она. - Если тебе интересно. Нора завелась когда увидела мою фотографию.
Он мог понять, почему. Она все еще выглядела так хорошо - даже сейчас - гладкие съедобные бедра под фиолетовым мини, нежная выпуклость плоского, сексуального животика, правда с уродливым куском скотча, и этот рот. Если бы только из него перестали литься гадости.
- Я не совсем из Сан-Франциско. Я соврала. Но, это был один из трех городов, где бедная Нора распространяла свои объявления и посты. Она хотела, чтобы все, кто мог получить "Bad News", увидели их. Так что... тебе есть о чем подумать. Время каяться... За свои подлые делишки ты сейчас понесешь наказание. И последнее - так сказать на десерт - вот мой отчет.
Она показала ему медицинское заключение с незаполненными именем и адресом. Оно выглядело официальным. У кого-то был положительный тест на ВИЧ - значилось в диагнозе.
Но какое отношение это, черт возьми, имеет к нему?!
- Из-за тебя она потеряла ребенка, - продолжала красотка, расхаживая по номеру. - Единственное, чего она хотела больше всего на свете. Это иметь детей. Жить нормальной жизнью. Ты знал это, но отвел ее к какому-то дураку, который ее порезал. Она не могла ходить, не говоря уже о будущих детях. А потом ты ушел от нее. Это чертовски низко. Нора поделилась своей историей и своим планом мести. Я не могла пройти мимо и не помочь ей, понимаешь?
Не дождавшись ответа, она ушла плотно прикрыв дверь.
Он был там, в кондиционированном воздухе Вегаса, еще долго после ее ухода, пытался кричать и освободиться. А выбиваясь из сил, сотни раз читал объявление, которое она оставила на подушке рядом с ним:
ЕСЛИ У ВАС ПОЛОЖИТЕЛЬНЫЙ ТЕСТ ВИЧ И ВЫ ХОТИТЕ СОВЕРШИТЬ МУЖЕСТВЕННЫЙ ПОСТУПОК, ЗА КОТОРЫЙ ВАМ ХОРОШО ЗАПЛАТЯТ, СВЯЖИТЕСЬ СО МНОЙ. ЕСЛИ У ВАС ЕСТЬ МУЖЕСТВО И ВИРУС, У МЕНЯ ЕСТЬ ДЕНЬГИ И ЦЕЛЬ. ПИШИТЕ ЛАС-ВЕГАС, ЯЩИК 69.

Перевод: Константин Хотимченко |
Автор: Рекс Миллер | Добавил: Grician (21.05.2021)
Просмотров: 141 | Теги: Рекс Миллер, рассказы, Константин Хотимченко | Рейтинг: 0.0/0

Читайте также

На Куинси напал грабитель и проколол ему ножом глаз... Но кажется, парня это ничуть не расстроило......

Каждый день вы влачите жалкое существование в тисках невидимых социальных ограничений. Дом, работа, дом... Пора проявить смелость, сбросить тонкую маскировку и показать всему миру свое истинное "Я"....

Порой даже вулкан с таким страшным названием, как пресловутый Эйяфьядлайёкюдль, не столь губителен для человечества, как, например, вулкан, способный извергнуть какое-нибудь аномальное черное облако. ...

Однажды Виктор застал свою подружку с другим, но расправиться с ними не успел — сердце отказало. После похорон любовники считали, что будут жить долго и счастливо, ан нет — покойник был парнем упорным...

Всего комментариев: 0
avatar
Открыть профиль