Авторы



Если ты был плохим мальчиком, будь готов узнать, что Санта может быть ооочень злопамятным...





При звуке скрипящих петель глаза Каллума широко раскрылись, он приподнял голову и уставился на медленно открывающуюся дверь спальни. Когда он осознал, что видит - у него тут же отвалилась челюсть. Подсвеченная люстрой с лестничной площадки, в дверях стояла бледная фигура в красном кружевном корсете. Темные кудри водопадом струились на белые плечи и изгиб полных грудей, которые вздымались еще выше, благодаря тесному белью. Его взгляд опустился, чтобы вобрать длинные ноги в, почти невидимых в своей прозрачности, чулках и лакированных кожаных туфлях на высоких каблуках. Он сел и одеяло соскользнуло с его груди:
- Мне что, все это снится?
Силуэт рассмеялся.
- Нет, глупыш. Знаю, технически это только канун Рождества, но мне захотелось сделать тебе подарок пораньше за то, что ты привез меня в этот чудесный коттедж, - Джесс подошла к окну и отдернула занавеску. – Гляди! Снег какой. – Тяжелые, раздутые снежинки лениво планировали мимо стекла, усиливая холодное свечение луны. – Если все продолжится в том же духе, за ночь нас отрежет от цивилизации, - она вздрогнула. – От одной мысли мне становится холодно. Может, как-нибудь согреемся? – она, виляя бедрами, подошла к кровати с балдахином, сбросила туфли и проскользнула под перину, к Каллуму под бок. Тесно прижалась к нему, и он содрогнулся, когда кружева корсета задели волосы на его груди.
- Можно уже развернуть подарок? – спросил Каллум с усмешкой. Он приобнял Джесс и схватил ее за зад, сжав так, что она взвизгнула.
- Эй! Научись обращаться с леди, а то не дам играться с подарком до завтра, - она вывернулась из его хватки и перекатилась, отвернувшись спиной, а потом издала еще один пронзительный визг, когда он ее обхватил. Его пальцы проскользнули в чашечки корсета и ущипнули быстро затвердевшие соски. Ее визг тут же сменился низким стоном удовольствия, и она прижалась попкой к его быстро набухающему члену.
Он исследовал пальцами теплую, мягкую кожу Джесс, лаская, пощипывая и щекоча. Каждый раз, когда она ерзала или вздрагивала от его прикосновения, он чувствовал, как у него встает во весь рост, пока уже не мог сдерживаться. Каллум схватил ее и перевернул на спину. Просунул пальцы под трусики и комнату пронзил треск разрывающихся кружев.
- Эй! Они же дорогие! – засмеялась она.
- Я думал, это мой рождественский подарок.
- Они только упаковка. Подарок внутри.
- Вот я и приступаю к подарку, - он взял Джесс под колени и поднял ее ноги. – Похоже, ты подарила мне то, что надо надевать, - он провел членом по ее блестящей щелке, отнимая его всякий раз, как она поднимала бедра навстречу. – Ты меня не торопи. Хочу смаковать каждую секунду.
- Я тоже. Хватит дразнить и давай трахаться.
Каллум провел член в тесную влажную киску и тут же остановился, рассмеявшись, когда она попыталась двинуться навстречу.
- Терпение, дорогуша.
БУМ!
Оба повернулись к окну, источнику звука, и Каллум даже подскочил. Это что еще за херня? По стеклу вниз медленно скользило белое пятно.
Снежок.
Он подошел к окну, прижался и сложил над глазами ладони, чтобы разглядеть темную ночь.
- Никого не вижу, а мы в километрах от ближайшего жилья.
- Каллум. Оденься. Там может быть кто угодно, - голос Джесс поднялся на октаву.
Она выбралась из постели и натянула халат, туго связав его на талии. Взяла халат Каллума и протянула ему.
- Не хочешь ни с кем делиться? – сказал Каллум. Он улыбнулся и поболтал членом из стороны в сторону.
- Надень халат. Кто там, черт возьми? – она всмотрелась в окно. – Снег уже довольно глубокий. Мы тут, наверное, застрянем.
- Все нормально. Мы и так никуда не собирались, а к завтрашнему утру наверняка все растает.
- Да. Но сейчас мы здесь, а снаружи кто-то есть. Посреди ночи, в канун Рождества, когда мы за километры от людей, - она передернулась и запахнула халат сильнее. – Там может быть любой псих, который ищет, как бы забраться в дом. Так странно. Проверь, заперты ли двери.
- Я их сам запирал. Мы в безопасности. Что с тобой случится, когда рядом такой амбал, как я?
Лоб Джесс нахмурился.
- Все равно мне не по себе. – она прижалась носом к холодному стеклу, обрамила лицо ладонями и вгляделась в метель. Ее дыхание затуманило стекло, и она стерла его рукой. – Кому придет в голову бросаться снежками посреди ночи в такой дали от деревни или города?
- Не волнуйся ты, Джесс, - Каллум обхватил ее за талию и прижался вернувшимся стояком к заду. – Вернемся в постель.
- Через минутку. Просто чтобы наверняка, - она пропустила мимо ушей раздраженный вздох из-за спины и продолжала выискивать на улице признаки движения.
Она подскочила.
- Кэл! Смотри! Там. На опушке.
- Что?
Она отступила, чтобы Каллум занял ее место.
- Смотри у деревьев. У ворот в конце дорожки.
Он послушался и посмотрел.
- Никого там нет, Джесс. Только тени да снег. Если кто-то и был, то уже ушел. Прикололся и теперь торопится домой, пока не замело совсем, - он отступил от окна и вернулся к кровати.
Джесс снова выглянула.
- О, боже!
Каллум очутился рядом в мгновение ока.
- Что там?
- Это… это же ребенок, среди деревьев. Почему ребенок один посреди ночи? Может, случилась авария. Каллум, скорее иди и приведи его сюда.
- Я ничего не…
- Вон! – она показала на конец быстро исчезающей дорожки. – Вон же! У ворот.
- Ничего не… погоди. Кажется, что-то есть.
- Видишь. Я же говорила, что кого-то видела. Теперь отправляйся и приведи его сюда, пока он не замерз насмерть. Бедняжка, наверное, в ужасе.
Каллум схватил джинсы и свитер с кресла, где они валялись кучей, и натянул как можно быстрее. Он чувствовал, как Джесс излучает нервозность, и она оказалась заразительной. Он сам не понял, что увидел в глубинах валящего снега, но кто-то там точно мелькнул, и, насколько он понял, Джесс была права, это ребенок. Но какого черта ребенку делать в такой глуши в ночь на канун Рождества?
Джесс последовала за ним до дверей коттеджа и смотрела, как он вдевает ноги в незашнурованные ботинки и накидывает толстую куртку. Она поцеловала его в щечку.
- Быстрей. Малышу грозит обморожение.
- Одна нога здесь, другая там.
Каллум отпер дверь и открыл навстречу зимней сказке кружащихся белых снежинок. Он опустил голову и потопал по глубокому снегу к деревьям. Тот уже был глубиной в несколько дюймов, и, похоже, на этом останавливаться не собирался. На утро их изолирует от мира. Ледяные снежинки жалили глаза, пока он брел по дорожке. Подойдя к высоким елям, он крикнул:
- Кто там? Не бойся. Иди сюда, здесь тепло.
Его окружила тяжелая пелена молчания, прерываемая только хрустом снега под ногами. Он передернулся, когда студеный ветер пробрался под куртку и куснул его за плоть.
Он притормозил у деревьев и по телу пробежала новая дрожь. Ели тянулись к невидимым звездам, их верхушки исчезали в вихре. Прямые стволы содрогались и как будто сдвигались поближе, образовывая под собой непроглядную тьму. Он снова позвал.
- Эй!
Весь обратился в слух, но ответа не было. Даже ночные звери не нарушали тишь. Он ничего не видел за опушкой. Только абсолютная тьма. Он проследовал вдоль деревьев до конца дорожки. Здесь, как ему казалось, он и заметил маленькую детскую фигурку, но снег был нетронут. Единственные следы, похоже, принадлежали ему, да и те быстро исчезали на глазах. Он медленно повернулся. Единственным признаком жизни в округе была Джесс, обрамленная теплым светом в дверном проеме. Каллум покачал головой. Никого тут нет, - подумал он. Нет, он просто гонялся за плодами воображения. Снег, незнакомые места, не говоря уже о двух бутылочках вина, которые они прикончили ранее - все сложилось и устроило игры с их разумом. С этим осознанием с плеч свалилась гора, и он принялся искать дорогу назад, к теплу коттеджа.
Истошный вопль пронзил ночь.
Джесс!
Он быстро развернулся, чуть не поскользнувшись, и посмотрел на дверь коттеджа. Джесс лежала на полу. В кровь вбрызнуло адреналин, и Каллум рванул к коттеджу. На мягком снегу, решительно настроенном его опрокинуть и лишить шаги трения, короткое расстояние показалось километрами.
Когда он оказался у дверей, Джесс с трудом поднималась на ноги. Ее халат распахнулся, обнажая бледные груди, поднятые до невообразимых высот чашечками корсета и покрытые гусиной кожей. Он прижал ее к себе, чтобы отогреть и успокоить. Но она только отскочила, когда заснеженная куртка обрушила на ее голую кожу душ из белых снежинок.
- Джесс. Ты в порядке? Что случилось? – Каллум завел ее внутрь и закрыл за собой дверь.
- Я… я не знаю, - Джесс казалось потрясенной.
Каллум быстро осмотрел ее на предмет ран или ушибов.
- Ты что, поскользнулась или споткнулась?
- Нет. Нет, как будто… - она на миг задумалась. – Как будто меня кто-то оттолкнул. В смысле, по-настоящему. Сильно. Но я никого не видела, так что этого не может быть. Наверное, просто неожиданный ветер налетел. И застал меня врасплох.
Каллум сомневался, но промолчал. Он взял ее под руку и провел в уютную гостиную. В утробе камина тлели красные угольки, освещая комнату темно-алым. Он включил торшер, и пятачок света сильнее оттенил углы комнаты. На спинку дивана была наброшена шерстяная дорожка, Каллум снял ее и накинул на плечи Джесс.
- Посиди у огня, - сказал он ей. – Ты замерзла. Я приготовлю что-нибудь выпить.
Он снял мокрую куртку и по дороге на кухню бросил на кресло. Взяв пару стаканов из буфета, щедро плеснул в них бренди из бутылки, которую оставил на стойке. Сверху раздался скрип, и он вскинул голову. Чертовы старые дома, - подумал он. – Никак не привыкну к этим развалинам. Когда он вернулся в теплый покой гостиной, он уже и думать забыл о скрипах и стонах старого дома.
Джесс взяла стакан и отпила согревающей жидкости. Она уже не дрожала.
- Там никого не было, - сказал он. – Наверное, оптический обман снега и тени. Наверняка мы видели только тени от деревьев на снегу.
Она кивнула.
- Пожалуй, ты прав. Откуда там взяться ребенку, так поздно в канун Рождества, - она бросила взгляд на часы. – Вернее, уже в Рождество.
Каллум опустошил стакан одним залпом. Янтарная жидкость прожгла себе дорогу по глотке, но после поиска несуществующего ребенка на кусачем холоде он наслаждался этим ощущением. Он посмотрел, как Джесс более размеренно отпивает из своего стакана.
- Может, вернемся в постель и… закончим, что начали? – он улыбнулся.
Развратная улыбка стала тем самым ответом, который он ждал. Его пальцы сплелись с ее, он поднял ее на ноги и повел к лестнице.
Бац!
Джесс не сдержала крика, а стакан разбился об пол на тысячи бриллиантовых осколков.
- Что там? – взвизгнула она.
Каллум проглотил собственный вскрик, который грозил сорваться с губ.
- Все нормально, Джесс, - его голос звучал спокойнее, чем он себя чувствовал. Грохот напугал его, и он решил, что еще не пришел в себя после поиска ребенка в буране. – Просто звуки старого дома. Наверное, древний трубопровод, что-нибудь такое, - он поднял ее и перенес к лестнице, чтобы она не наступила босой ногой на разбитое стекло. – Отправляйся в постель. Я подмету и поднимусь через минутку.
Она хмурилась, но все же нашла силы на улыбку.
- Спасибо. Прости, что я такая неуклюжая. Просто жутко перепугалась.
Ее зрачки все еще были расширенные, но Каллум решил, что это от бренди. Когда она повернулась и стала подниматься, он погладил ее по попке. Как только она исчезла из виду, он принялся за уборку стекла, и через пару минут вернулся в спальню.
Джесс лежала на перине. Она скинула халат, и корсет мало оставлял воображению. Колени были согнуты и слегка раздвинуты, маня его в кровать. Лоскуток красного шелка – остатки разорванных трусиков – валялся на ковре. Все страхи и неуверенности, которые грозили испортить их романтический рождественский отпуск, были тут же забыты благодаря предвкушению того, что будет, когда Каллум заберется в постель.
Мягкий ковер щекотал его пальцы, когда он приблизился и стянул на ходу свитер. Он сбросил его на пол и уже у кровати расстегнул джинсы. Вдруг, все до единого волоски его тела встали дыбом. Первобытный ужас сжал его в стальной хватке, на него грозило обрушиться головокружение, кровь отхлынула от лица.
- Каллум! – голос Джесс надорвался на пике. - Что случилось? Ты весь побелел.
По его венам пронесся адреналин. Хотелось бежать. Хотелось драться. Но с кем? На плечах страха примостилось замешательство. Почему он так нервничал? Чего он так испугался? Быстро вернув самообладание, он заскочил на кровать и скорее закинул на нее ноги с пола, вдруг нервничая из-за эха детских страхов.
- Каллум? – голос Джесс вернул его на землю.
- Хм, - он взглянул на Джесс и нервозность затмило чувство вины. Ее лицо выражало только заботу. – Прости, милая. Просто что-то психанул. Странный выдался вечерок.
Он провел рукой между ее бедер и сжал податливую плоть. Насладился горловым стоном, который слетал с ее губ всякий раз, когда она возбуждалась, и почувствовал, как при этом звуке оживает член. Джесс слегка раздвинула ноги, и Каллум направил пальцы к темной соблазнительной цели, щекоча окружавшие ее кудряшки. Ноги Джесс открылись шире, его стояк грозил вырваться из джинсов. Свободной рукой он ухватился за молнию.
Шорох нарушил их увлечение, и они одновременно вскинули головы. Зловещая, неровная тень выскочила из-под кровати и пронеслась по полу к двери. Джесс закричала и отползла по кровати подальше от неведомого существа. В животе Каллума возникла жидкая тяжесть, а член сжался, как пакет из-под чипсов в костре, когда тень исчезла в открытой двери. С лестницы донеслось приглушенное хихиканье.
- Это что еще за хуйня? – Каллум был уже на ногах, застегивал джинсы. Его страхи затмило примитивное желание защитить Джесс. Он схватил с камина декоративный канделябр и подкрался к двери.
- Стой! – требование Джесс оборвало его импульс, и он замер. – Это… тот ребенок. Которого мы видели на улице.
- Джесс, глупости. Не было там никакого…
- Нет, был! – она спрыгнула с кровати и снова натянула халат. – Наверное, он пробежал мимо тебя в снегопаде. Я же говорила, что меня как будто кто-то оттолкнул. Я следила за тобой и не заметила, как он вбегает в дверь, - она пожала плечами. – Все логично.
В ее словах действительно имелась безумная логика. Разум Каллума отчаянно искал рациональное объяснение произошедшего, и в голову не приходило ничего правдоподобнее. Детям нравится прятаться, а где прятаться лучше, чем под кроватью. В его детстве это было любимое укрытие. Сердцебиение стало возвращаться к норме. Ну конечно, она права. Это не могли быть белка или крыса, или какой другой дикий зверь, который прокрался в дом, чтобы укрыться от бури. И все же… не похоже на ребенка, - думал он. Он заметил существо только краем глаза, но выглядело оно – даже не выглядело, а чувствовалось – старым. Напоминало крошечного человечка в рваной, грязной одежде. Он покачал головой. Соберись. Перенервничал. Наверное, перебрал, да и день был длинный – часовые рождественские пробки на шоссе. Он убрал канделябр. А то сложно будет объяснять полиции, почему он угрожал тупым предметом ребенку.
Джесс уже была у дверей.
- Подожди! – окликнул он. – Давай я пойду первым. – она скорчила мину, но заметив его выражение лица, промолчала и подождала, пока Каллум выйдет на разведку.
Лестница стонала под его осторожными медленными шагами. Он чувствовал, как нетерпение Джесс едва ли не с физической силой толкает его вперед, но игнорировал ее молчаливое принуждение. За ними по стене следовали тени - пока они вдруг не утонули в темноте.
Каллум споткнулся, когда Джесс взвизгнула и врезалась в него. Его пальцы панически искали опору, пока не ухватились за перила и он не остановил неудержимое падение в бездну. Из темноты донеслось злорадное хихиканье, более хриплое и глубокое, чем он когда-либо слышал от ребенка. Спину царапнули осколки льда, а волосы на шее встали во весь рост.
- Вернись в спальню и запри дверь, - прошипел он.
- Но это же только ребенок… - голос Джесс дрогнул.
Ее интонация говорила, что она пытается убедить больше себя, чем Каллума. Тем не менее она отошла на пару ступенек к спальне.
- Оно… оно не похоже на ребенка, - стоило озвучить мысли, как страхи Каллума ожили. Что бы ни пробежало по полу спальни, ребенка оно не напоминало, хотя что-то человечное в нем и было.
- Что? Что это значит? – голос Джесс задрожал на октаву выше. – Что еще это может быть?
- Не знаю, но узнаю, - пришлось собрать всю решимость, чтобы голос звучал уверенно. Он не хотел тревожить Джесс еще больше. – Пожалуйста, делай как я говорю, – он скорее почувствовал, чем увидел, как она кивнула в темноте, но потом услышал скрип ступенек, когда она стала подниматься.
Зная, что Джесс безопаснее в спальне, он почувствовал прилив уверенности. Кто бы это ни был, с Каллумом ему не тягаться. Непрошенный гость был маленьким, очень маленьким, а Каллум был под два метра роста и завсегдатаем качалки. Теперь, когда элемент неожиданности был потерян, преимущество на стороне Каллума.
Как только раздался щелчок замка спальни, Каллум осторожно спустился по лестнице, сдерживая дыхание, чтобы уловить малейший шорох. Из гостиной падали красные отблески умирающих углей, из последних сил пытавшихся его ободрить. Пока пальцы шарили по стене в поисках выключателя, она казалась шершавой. Наконец он щелкнул и свет залил комнату, испугав его – он осознал, что сам не ожидал, что свет включится. Воображение уже убедило его, что энергию отрубили. Что ему в поисках пришельца придется ковылять в темноте.
С плеч свалилась гора, и он почти почувствовал, как выпрямляется даже словно растет с вернувшейся уверенностью. Быстро осмотрев комнату, он убедился, что в ней никого нет, и двинулся к кухне. Щелкнул выключателем и еще одно помещение заполнила режущая глаза флуоресценция. На кухне так разило горьким потом и затхлым мускусом, что глаза заслезились. Он вытер их обратной стороной ладони и огляделся. Под кухонным столом в луже тени шныряла маленькая сгорбленная фигурка. Мерцали черные запавшие глаза, виднелись грязные зубы в злобной ухмылке. Одето существо было совершенно странным образом. Замызганные красные штаны, заткнутые в поношенные и поцарапанные башмаки, грязный, затрапезный камзол и какое-то подобие старинного рождественского колпака. Кончик колпака свесился на бок и на нем позвякивало нечто вроде ржавого бубенца.
Каллум отшагнул, прежде чем восстановить самообладание. Преимущество на его стороне. Этот недочеловек под столом ему не страшен. Он скрестил руки и уставился на зловонное существо.
- Предлагаю немедленно вылезать. Не знаю, что за извращения ты задумал, но если не свалишь отсюда немедленно, увозить тебя будут врачи, - ответом послужил сдавленный смешок. – Думаешь, ты весь такой смешной, но тебе будет не до смеха, когда я с тобой закончу, - лицо Каллума горело от гнева.
Он прошагал к столу и потянулся под него, вытянув пальцы, чтобы схватить за шкирку ничтожного противника. Помоги ему Бог – он собирается раздавить гада.
Ночь разорвал крик, и Каллум не сразу понял, что крик этот принадлежал ему. Он отшатнулся к буфету. Сервиз затанцевал и зазвенел, и на пол упал чайник. Мучительная боль охватила руку, и он поднял ее к лицу. С обрубка большого пальца капала кровь, а из-под рваной кожи виднелся проблеск кости. Его захлестнуло головокружение, ноги стали ватными. Он ухватился за шкаф второй рукой, чтобы устоять, и на пол посыпалась еще посуда. Затем он услышал то, от чего кровь застыла в жилах.
Со скрипом открылась дверь в спальню и на площадке зазвучали шаги. Джесс покинула убежище и спускалась вниз.
- Каллум, - позвала она.
Ее голос казался далеким, но Каллум осознал, что всего секунды отделяют ее от встречи с этим кошмарным бесом. Он поборол шок и бросился остановить ее, охнув, когда осколки разбитого фарфора впились в голые стопы. У подножия лестницы он оказался одновременно с Джесс. На ее лице сражались страх и смятение.
- Вернись наверх! – крикнул он. – Быстро! – он развернул ее и толкнул в спину в направлении, из которого она пришла, размазав алые полосы на шелковом халате.
- Каллум. Что происходит? – она обернулась через плечо и ее глаза округлились от ужаса. – Что… что это? – страх сковал ее тело и толчок Каллума лишила равновесия. Она со стуком приземлилась на ступеньки и Каллум развернулся, чтобы встретить нападавшего, вышедшего из кухни.
Силуэт распрямился в полный рост. Он был едва ли выше полутора метров, но чего недоставало в высоте, то он компенсировал в мускулах. Ранее обзор Каллума затруднял кухонный стол, но теперь он ясно видел врага, пока тот приближался к ним, как охотник к добыче. Его рот искажала широкая ухмылка, обнажавшая острые зубы, заляпанные кровью Каллума, а глаза светились жаждой зла. Должно быть, это карлик, - подумал он, но сам понял, что очень далек от правды. Что-то глубоко похороненное в памяти теперь пыталось вырваться наружу. Эхо воспоминания как будто дрейфовало совсем рядом. Было что-то знакомое в коренастом существе, которое подкрадывалось к ним. Шорох позади сообщил ему о бегстве Джесс наверх, и он последовал за ней, пятясь, медленно поднимаясь по ступенькам, не сводя глаз с приближавшейся фигуры. Он молился, чтобы Джесс догадалась позвонить в полицию. Он оставил телефон с полным зарядом на прикроватной тумбочке.
- О, Каллум, - фыркнула тварь, и при звуке булькающего голоса Каллум запнулся. Его рука метнулась к балясине и остаток пальца стукнулся о дубовые перила.
Он вскрикнул от боли и осознания того, что тварь знала его имя.
- Кто ты? – ужас затронул его слова, и он услышал, как Джесс снова выходит из спальни, встревоженная его криком. – Джесс! Назад! - завопил он. – Вызывай полицию! Быстро!
- Уже пробовала. Нет сигнала.
- Ого. А с тобой красотка. Но заслуживаешь ли ты ее?
От похоти в голосе Каллума передернуло и он отступил еще на пару ступенек.
- Не тронь ее, - прошипел он.
- Ох. Говорит, «не тронь ее». Говорит, «отстань от нее». Говорит, «не тронь ее мокрую щелку», - рука карлика потерла набухающий пах.
- Я не говорил…
- Но думал об этом, Каллум. О да, еще как, - он приближался к лестнице, его глаза радостно светились, а на лице плясало озорство.
Каллум споткнулся и приземлился задницей на ступеньку. Он брыкнул и подтянулся на площадку. Страх крепко сжал грудь. Почему он так боится этого коротышки? Он справлялся с мужиками и посильнее, но при одном взгляде за этого зловещего гнома по коже бегали мурашки.
Коротышка добрался до нижней ступеньки и пополз к Каллуму. Он облизал окровавленные губы, его улыбка расширилась, а маленькие жадные глазки прищурились.
Каллум обнаружил, что его поднимают на ноги – Джесс взяла его под мышки и тянула наверх. Ее халат распахнулся, а соски сбежали из тесной хватки корсета. Каллум их заметил, но возбуждения и в мыслях больше не было. Главное, чтобы он их не увидел. Главное, чтобы он их не увидел, - крутилось в голове. Толкнув Джесс перед собой, он ввалился в спальню следом. На тяжелой двери была только хлипкая защелка, но он все равно задвинул засов. Сбоку от двери стоял здоровый сундук с одеждой. Прижавшись плечом к сундуку, Каллум надавил изо всех сил. Мебель оказалась тяжелей, чем он ожидал, и он уже было думал, что не сдвинет ее с места, но сантиметр за медленным сантиметром все же дотолкал до двери. Теперь здесь никто не пройдет.
Джесс снова запахнула халат.
- Кто… кто это? Откуда он тебя знает? – в ее голосе слышалось обвинение.
- Не знаю, - сорвался Каллум. Он осмотрел руку. Откусанный палец ныл в такт пульсу, но хотя бы, кажется, прекратилось кровотечение. Кровь запеклась плотным, вязким сгустком. Желудок сжался при мысли о том, что стало с самим пальцем. Его проглотили?
– Ты звонила в полицию?
- Я же сказала, что нет…
- Дай сюда телефон, - Джесс бросилась к кровати и взяла трубку. Каллум вырвал ее из дрожащих рук.
- О, боже! Твой палец, - ее лицо побелело в тон толстому одеялу снега на улице.
Каллум ткнул в экран и прижал трубку к уху. Блять! Попробовал еще.
Джесс подскочила, когда телефон разлетелся на части о стену рядом.
- Нет. Сраного. Сигнала! – Каллум мерял шагами комнату, сжимая в руках виски. – Нахера мы вообще сюда приехали, в ебаную тьмутаракань? Блять! Блять! Блять!
Джесс подбежала и обняла его.
- Все хорошо. К нам никто не войдет. Мы переждем. Мы здесь в безопасности.
Он сделал несколько глубоких вдохов, позволяя словам Джесс успокоить раздерганные нервы. Может, она права и они в безопасности. Он сам с трудом сдвинул тяжелый комод, так что у коротышки нет и шанса. Каллум шлепнулся на край кровати, увлекая за собой Джесс. Она взяла его руку и осмотрела палец.
- Как он это?..
Каллум покачал головой.
- Не знаю… Видимо… видимо, просто откусил.
Джесс содрогнулась и прижалась к его груди.
Бум!
Дверь затряслась и сундук подскочил на пару сантиметров. Невозможно, - подумал он. – Не может быть, чтобы он пробился.
Словно ему назло, дверь снова затрещала, защелка вылетела, а сундук сдвинулся еще. Длинные, грязные пальцы просунулись в щель, и Джесс закричала. Каллум, испуганный криком Джесс, подскочил и заозирался в поисках чего-нибудь, чем можно защищаться. Канделябр. Он снова схватил его и замер.
Следующий удар расколол дверь, а сундук проскользил по полу пару метров, оставляя в деревянном паркете колеи. Невозможно. Это слово стало для Каллума почти молитвой. Если продолжать о нем думать, оно в конце концов станет правдой. Но нет. Человек из кошмаров стоял в дверном проеме и держал в руках бутылку бренди с кухни. Прежде чем Каллум успел отреагировать, бутылка взметнулась в воздух и врезалась в его висок. Комната затуманилась, кровь хлынула в глаза и в черепе взорвались нервы. Мышцы ног сдали, и он упал на пол. Канделябр выкатился из рук, и он бессильно наблюдал, как незнакомец входит в комнату. Где-то вдалеке кричала Джесс.
Вонючий злодей прогулочным шагом направился к Джесс, которая забилась в угол, вытянув перед собой руки, чтобы отогнать его. Тщетная попытка. Его лапы схватились за ее запястья и вопли тут же стали громче, когда он смял кости в хватке. Он подтащил ее туда, где лежал на полу в крови ослабевший Каллум.
- Отпусти ее, - пробормотал Каллум.
- «Отпусти ее», - передразнил карлик. – Это вряд ли.
Oн обхватил длинными пальцами одной руки оба запястья, и она всхлипнула от боли при хрусте костей. Он вытянул палец свободной руки и острым черным ногтем провел по корсету. Кружева распались, обнажая ее бледную дрожащую плоть. Там, где прошел его ноготь, между грудей до живота осталась алая линия. Не разжимая хватки, он резко пнул башмаком Каллума в пах.
Каллум вскрикнул и слезы боли и страха заструились по щекам.
- За... зачем ты это делаешь... Отпусти Джесс. Пожалуйста, – он сжал ладонями ноющие яйца, задрал колени в бессильной попытке закрыться.
- Ох-ох, Каллум. И мне правда надо объяснять, зачем я пришел? Я думал, ты будешь подогадливей.
- Я... я не понимаю, - всхлипнул он. – Кто ты и зачем все это делаешь? – налитые кровью глаза Каллума молили о пощаде, но безответно.
- Меня зовут Малгат, - было ему ответом. – Но имя тебе ничего не скажет, хотя мы уже и встречались.
- Нет. Неправда. Если бы мы встречались, я бы тебя узнал.
- Ты просто забыл, Каллум. Столько воды утекло. На самом деле уже двадцать лет.
- Но значит, мне было только девять.
Бес расхохотался и на полу рядом с Каллумом шлепнулся комок серой мокроты.
- И каким непослушным девятилетним сорванцом ты был! – чтобы подчеркнуть свои слова, он пнул Джесс в лодыжку, хруст сломанной кости тут же заглушил ее вопль. Она повалилась на пол, а на ее щеке открылась рана, когда он еще раз провел почерневшим ногтем по ее коже.
- Я не понимаю...
- Нет. Ну конечно, куда тебе. Ты всегда был слишком самовлюбленным, злым и жестоким, чтобы понимать, как влияешь на других людей. Именно из-за тебя мне приходится калечить эту очаровательную игрушку, которую ты притащил сюда с собой, - он воткнул толстый большой палец в правый глаз Джесс. Тот с влажным хлопком выскочил из глазницы.
Джесс кричала и содрогалась в мучениях, и Каллум пытался подползти к ней. Треск разбитых костей остановил его на месте, и в сломанной челюсти взорвалась боль. Сквозь алый туман он видел, как их мучитель рассеянно стирает кровь с башмака о его штанину.
- Так и не вспомнил, да? В этот год ты нашел рождественские подарки своей сестры и разбил все до единого. Ты сказал ей, что это Санта прислал эльфов их сломать, потому что она была плохой девочкой. А ей было-то всего четыре года.
Каллум что-то смутно припоминал. Он никому об этом не рассказывал. Откуда этот уродец все знал?
- В этот же год ты рассказал детям в очереди к Санта-Клаусу, что он умер и в этом году никто не получит подарков.
Каллум покачал головой, тут же пожалев об этом. Он помнил тот день. Слезы и крики детей. Сердитые родители. Чудесный денек. Стоил того, чтобы в наказание просидеть дома неделю. Что-то он еще тогда учудил. Но что?
- А также ты пнул эльфа. Того, которому пришлось молча стоять, несмотря на то, как хотелось стереть пощечиной ухмылку с твоей рожи. Да, вот теперь вижу, что ты помнишь. Это был я.
Каллума охватило недоверие. Не может быть, чтобы это был тот самый эльф из прошлого. И зачем ему идти на такое только из-за того, что какой-то мальчишка двадцать лет назад плохо себя вел?
- Вижу, ты все еще в меня не веришь, Каллум, но ничего, поверишь, - он подцепил пальцем уголок губ Джесс и потянул, разрывая рот в кровавую улыбку. – Бедная, бедная девочка, - произнес он нараспев. – Но тебе же плевать, если ты портишь окружающим Рождество. Да, Каллум?
Каллум пытался что-то выдавить, но перекошенная челюсть отказывалась подчиняться приказам мозга. Изо рта с кровавой слюной выскальзывали только булькающие звуки.
Эльф захихикал, смешок отдался в комнате эхом.
- Ты так и не вырос из своих злобных привычек. Ты одновременно предал друга, чтобы украсть его повышение, и трахал его жену.
Слезы лились рекой из глаз Каллума. Он понятия не имел, откуда это мерзкое существо прознало его сокровенные секреты.
- Что за человек убедит собственную бабушку, что она потеряла обручальное кольцо, хотя сам продал его, чтобы заплатить своему дилеру? Ох-ох-ох, Каллум. Каким же ты был непослушным мальчиком. Но, знаешь что? Санта знает о всех твоих проказах, а если оказаться в списке плохих мальчиков, выйти из него можно только одним способом, - эльф обратил внимание на Джесс. – Кажется, тебе неудобно, дорогуша. Давай избавлю тебя от мучений, - он освободил ее запястья и обеими руками свернул шею. Ее голова упала набок, как у марионетки с обрезанными нитками. Она рухнула на пол. – Какая жалость. Ее единственным преступлением было то, что она оказалась рядом с тобой, но такова жизнь.
Эльф присел рядом с Каллумом и придвинулся. От его дыхания хотелось отшатнуться.
- Санта очень огорчился, когда ты сказал детишкам, что он умер. Ты что, не знал, что Санту не стоит сердить? Если его расстроить, он впадает в скверное настроение, и именно мне приходится помогать ему со списком непослушных детишек.
В горло Каллума попала желчь, он закашлялся и сплюнул, тем самым разжигая пламя боли в челюсти. Рот хлопал, но мольбы о прощении так и не доносилось.
- Побереги дыхалку, Каллум. Ночь предстоит долгая, и я позвал пару друзей, которым не терпится с тобой познакомиться, - Малгат подошел к окну и распахнул его. Комнату заполнил ледяной воздух и звуки пения.
«Джингл беллс. Джингл беллс. Джингл олл зе вэй...»
- Сюда, ребятки, - позвал эльф. – Пришло время праздника и веселья...

Просмотров: 81 | Добавил: Grician | Теги: рассказы, рождество, Новый год, Сюзанна Фокс, Сергей Карпов, аудиокниги, Владимир Князев, Collected Christmas Horror Shorts, праздники | Рейтинг: 5.0/2

Читайте также

История о одержимости женщины картиной Джорджии О'Кифф......

Буквально прошлой ночью она поджидала клиента на стоянке "Сэйфвей", когда небо разверзлось и ее охватил яркий свет. А наутро она очнулась в клетке.....

Герой рассказа распадается на части, когда к нему приходят темные и страшные, давно забытые детские воспоминания…...

Он убивает людей. Группами и поодиночке. Везде и всегда. Утром и вечером. От него не спастись. Вопрос в другом. Надо ли это делать? А если надо то кому?...

Всего комментариев: 0
avatar