Авторы



В каждом городе есть такой, отсталый жирный ублюдок, которому уже за сорок, но у которого мозги как у ребенка...





В каждом городе есть такой, отсталый жирный ублюдок, которому уже за сорок, но у которого мозги как у ребенка. В Баннер-Крик жил Альфред Симмонс, но никто его так не называл. Его прозвище было "Колотушка", присвоенное ему за то, что, как и большинство помешанных на сексе дебилоидов, он любил шлепать по своему причиндалу на публике.
У этого жалкого мешка с дерьмом была своего рода шайка. Его единственными друзьями были Клайд и Таннер, пара молодых нариков, которые вертелись вокруг этой бочки с салом, потому что могли им манипулировать, заставляя творить всякую унизительную, но угарную херню, когда им заблагорассудится. Два торчка проводили весь день, разрабатывая новые и нестандартные способы мучить Колотушку. Прошлой ночью в бильярдном клубе у старика Брэдшоу чуть не случился сердечный приступ, когда Таннер убедил Колотушку засунуть самому себе в зад бильярдный кий. Когда старик отправился разобраться в происходящем переполохе, он обнаружил Колотушку со спущенными до лодыжек штанами и половиной бильярдной палки, засевшей в его волосатой бледной заднице.
Мне трудно сочувствовать этому человеку, потому что было ясно, что Колотушка приветствовал жестокое обращение. Конечно, можно привести аргумент, что его интеллект был слишком низок, чтобы понять, что именно он делал, но я еще не встречал ребенка настолько глупого, чтобы засунуть что-то размером с бильярдный кий в прямую кишку на публике. Два наркомана были единственными друзьями, которых когда-либо знал этот тупица, и он боялся, что если не заставит их смеяться, они перестанут с ним водиться. В конце концов, Колотушка начал придумывать свои собственные трюки, например, когда он поджег свои яйца возле детского сада во время перемены, на прошлой неделе.
Сегодня вечером все трое оказались в "Круглосуточной вафельной лавке Доуна" - заведении, которое было оживленным весь день, но пустующим ночью. Единственными людьми, которые приходили в это время, были местные извращенцы, желавшие взглянуть на массивные буфера Рэйчел Белл, и вечные тусовщики, которые проводят всю ночь, потягивая стакан "Kока-Kолы" и болтая, как сумасшедшие. Рэйчел ненавидела ночную смену, но это было все, что она смогла найти после потери работы в аптеке. Если бы она не тырила болеутоляющие, отпускаемые по рецепту, чтобы удовлетворить собственные потребности, она, вероятно, никогда бы не оказалась в этой забегаловке. Сумасшедшая любительница окси должна была считать, что ей повезло, что Митч Уильямс не стал сообщать о ней властям. Тогда она оказалась бы в мире настоящего дерьма. Она не должна была быть так строга к мистеру Уинтропу. Он смог дать ей шанс, и хотя она презирала старикашек, которые мысленно трахали ее во всех мыслимых позах, чаевые они оставляли очень приличные.
- Если он снова вытащит свой член, я вызову законников.
Две ночи назад трио устроило настоящий ад, когда Колотушка залез на столешницу и начал дрочить. Все это время Джаред Глосслоу тупо пялился на эту сцену со своей глупой ухмылкой извращенца. Даже ночной повар Кевин закатил истерику из-за этого трюка, пригрозив разрядить свой "Глок" в их тупые бошки, если они не свалят. Так с какой стати Рэйчел вообще позволила этим ублюдкам вернуться? Бьюсь об заклад, она даже не смогла бы ответить тебе.
Колотушка принялся набивать рот оладьями, в то время, как Таннер долго и пристально смотрел в глубину своего стакана с водой. Клайд стал беспокойным после того, как не спал уже три дня, и ему хотелось немного гребаного возбуждения. Именно тогда он увидел, что внимание Колотушки было обращено в другое место. Проследив за направлением взгляда, он увидел, что он был устремлен прямо на толстую задницу Рэйчел, которая была задрана вверх, в то время как официантка пыталась достать что-то из низкого шкафа. В безумном мозгу Клайда вспыхнул свет, и он улыбнулся тому, какой дьявольский план придумал.
- Эй, клоуны сраные, встретимся на заднем дворе через пять минут. На вечер у нас запланировано настоящее угощение.

***


Они втроем прятались за мусорным контейнером уже получаса, когда Колотушка начал нервничать. Он ненавидел тишину, всегда находил ее тревожной, поэтому почувствовал необходимость наполнить воздух разговором.
- Итак, расскажи мне план, Клайд.
- Мне становится очевидным, что эта маленькая мисс заводит твой член, и поскольку я так забочусь о моем дорогом друге Колотушке, то собираюсь наградить тебя шансом трахнуть Рэйчел. Как тебе идея?
Верзила-недоумок покраснел от смущения и возбуждения.
- Здорово, только вот она ненавидит меня. Зачем ей позволять мне заниматься с ней сексом, если она ненавидит меня, Клайд?
- Предоставь это мне, и что бы ты ни делал, не снимай свою гребаную маску.
Через некоторое время задняя дверь приоткрылась, и Рэйчел вышла с зажженной сигаретой, свисающей с губы. Она жила только ради этих моментов, этих маленьких фрагментов времени, которые давали ей необходимый покой, нужный для того, чтобы наслаждаться ментолом, вдыхая этот сладкий горный воздух. Она прошла немного и плюхнулась на старый ящик из-под молока, чтобы снять тяжесть со своих покрытых волдырями ног.
Клайд и Таннер выскочили из темноты сзади и повалили Рэйчел на землю. Она плакала и пыталась кричать, но Клайд был готов к этому, немедленно заклеив ей рот свежей полоской клейкой ленты. После короткой борьбы двум наркоманам удалось прижать ее к земле.
- Слушай, сука, вот что сейчас произойдет. Ты будешь нам хорошо подыгрывать, и, если окажешься хорошей девочкой и позволишь моему толстому другу отдрючить себя, мы отпустим тебя. Но если ты будешь сопротивляться, я перережу твою чертову глотку. Кивни, если понимаешь.
Рэйчел кивнула в знак согласия. Какой у нее был выбор? Таннер стянул трусики у нее из-под юбки и, стараясь не произносить его имени, позвал Колотушку присоединиться к ним.
Тот нервничал, слонялся без дела, как идиот, отчаянно пытаясь выровнять дыхание. Это был бы первый раз, когда он занялся бы сексом с женщиной, и хотя эта мысль всегда возбуждала его раньше, сейчас она приводила в ужас. Клайд крикнул этому олуху, чтобы он поторопился, черт возьми, пока их кто-нибудь не нашел. Хотя Колотушка был напуган, казалось, что нет ничего хуже, чем разочаровать своих друзей, поэтому он спустил штаны и расположился между бедер Рэйчел.
Ощущения были невероятными, все было идеально, если не считать рыданий Рэйчел. Затем возникла проблема с его дурацкой маской на лице. На самом деле это была не более чем какая-то старая хлопчатобумажная шапка с вырезанными в ней отверстиями для глаз. Проблема Колотушки заключалась в том, что это была типичная жаркая летняя ночь, и из-за влажности жирному ублюдку было трудно дышать. Она душила его, поэтому прямо перед тем, как выпустить пар, он снял маску, не подозревая, что теперь Рэйчел смогла опознать нападавшего.
Какое-то мгновение Клайд и Таннер просто стояли там, прислушиваясь к тихим всхлипываниям и пытаясь понять, как кто-то мог быть настолько чертовски глуп, чтобы снять маску во время изнасилования, особенно когда они знали девку. Наконец, Клайд сорвал с себя маску и приказал Колотушке подняться на ноги.
- Следи за ней. - рявкнул он на Таннера, прежде чем увести своего друга-дебила за пределы слышимости.
- В чем дело, Клайд?
Колотушка был искренне сбит с толку, у него не было ни малейшего представления о том, что он мог сделать не так.
- Ты снял свою чертову маску.
- Ох! Я и забыл.
- Сейчас это не имеет значения, но поскольку ты облажался, теперь мне нужно, чтобы ты кое-что сделал. Ты ведь понимаешь, что то, что мы сделали, было преступлением, верно? - Колотушка кивнул. - Но, ты снял маску, и теперь она знает, кто мы такие. Итак, вот что мне нужно, чтобы ты сделал - убей ее.
- Я не могу.
Колотушка совершил много сомнительных поступков в жизни, приведших в итоге к изнасилованию, но в его глазах это были просто глупости, когда на самом деле никто не пострадал. То, о чем Клайд просил его сейчас - было убийством. Уже одно это слово пугало его.
- Нет, можешь. Я хочу, чтобы ты схватил вон тот кусок бетона и разбил его о ее голову. Она ничего не почувствует.
- Но, Клайд, я действительно не могу.
- Черт возьми, Колотушка, ты хочешь отправить своих друзей в тюрьму, потому что это то, что вот-вот произойдет. А поскольку ты умственно отсталый, они запрут тебя в резиновой комнате совсем одного на всю оставшуюся жизнь. С учетом сказанного, я могу предложить тебе заткнуться и избавить эту сучку от страданий. Сделай это для нас.
Вот она, сила контроля Клайда над мужчиной-ребенком. Колотушке угрожало то, чего он боялся больше всего: потерять своих друзей и остаться совсем одному. Он ни за что не позволил бы этому случиться, нет, сэр. Итак, он неохотно поднял кусок бетона и вернулся к Рэйчел.
Ему стало жаль ее, он даже расплакался, когда услышал ее приглушенные крики. Она пыталась умолять о пощаде, но ее голос не мог пробиться сквозь клейкую ленту, и даже если бы Колотушка услышал ее, она знала, что ничто не могло заставить его передумать. Ее судьба была решена в тот момент, когда этот жирный мудак совсем сдурел и решил снять свою маску. Рэйчел знала, что Клайд был садистом, параноидальным сукиным сыном, который ни перед чем не остановится, чтобы спасти свою задницу, даже если это означает убийство.
Бетон обрушился с такой скоростью, что на мгновение подпрыгнул в воздухе, прежде чем снова рухнуть на асфальт, разлетевшись на миллион осколков. Колотушка посмотрел на официантку, которую он всего несколько минут назад пердолил. Она была такой сексапильной, за исключением того, что теперь в центре ее лица была огромная дыра. Улыбка, красивые голубые глаза и ямочки на щеках - все это исчезло в зияющей мясной яме, полной выбитых зубов, обнаженных сухожилий и растущей лужи розового и красного.
Рэйчел умерла той ночью за "Bафельной лавкой" одним из самых жестоких способов. Властям было не за что зацепиться, а поскольку у нее не было семьи, не было ни одного человека, который следил бы за тем, чтоб дело не осталось нераскрытым.
Впоследствии, когда Колотушка оказывался совсем один, он бесцельно бродил вокруг. Независимо от того, где начинались его блуждания, он всегда возвращался на то место, где умерла Рэйчел. Как только он оказывался там, он ложился на то самое место, где оставил ее мертвой. Поворачивал голову, видел место, где разлетелся кусок бетона, и начинал плакать. Колотушка ничего так не хотел, как вернуть Рэйчел к жизни, но даже он понимал, что это были не более чем сказки. Он искал милости у Господа, но в глубине души знал, что ее не будет.
Клайд и Таннер неизбежно разбежались. Каждый пошел своим путем. А Колотушка остался один, потерянный в неустойчивом психическом состоянии. Горожане быстро заметили резкую перемену в поведении и манерах этого человека по мере того, как он все глубже погружался в пучину депрессии. Проказливый, но жизнерадостный человек, которого все когда-то знали, был будто заменен блуждающей в муках душой. Он перестал разговаривать с людьми, даже со своей собственной матерью, пока она в конце концов не умыла руки и не отправила его в психушку.
В пятьдесят семь лет у Колотушки был диагностирован неизлечимый рак. В течение мучительных недель, предшествовавших его смерти, он проводил каждое ясное мгновение, пытаясь подготовиться к столетиям мучений, которые ожидали его в недрах Ада. На смертном одре персонал больницы вызвал к нему проповедника, чтобы тот прочитал последнюю молитву, но Колотушка только отмахивался от него изо всех сил, на которые был способен.
- Иди своей дорогой, для меня нет покаяния, побереги свое дыхание для того, кто заслуживает милосердия.
В конце концов, Колотушка умер, как он всегда боялся, в одиночестве.

Просмотров: 286 | Теги: рассказы, Джон Путиньяно, Виталий Бусловских, When God's Drunk, Когда Бог в отключке, Worms Sprout Wings

Читайте также

Всего комментариев: 0
avatar