Авторы



В одно прекрасное, солнечное утро, жизнь Сидни Уайтинг изменилась раз и навсегда. В то время как она попивала кофе и лениво смотрела на экран телевизора, пришли они. Строительная бригада! Скоро в их доме появиться пристройка, еще одно незапланированное помещение. Но зачем вместо любимого сада с розами им лишняя комната? Вопросов больше чем ответов. Напряжение возрастает, а сложенный годами уклад жизни рушится прямо на глазах.





Звуки появились внезапно и заглушали шум проезжающих машин.
Синди испуганно подняла глаза от кухонного стола. Звуки были поразительно громким. И доносились близко. Хендерсоны с соседней улицы должны были провести дезинфекцию своего дома на этой неделе, но шум на улице не имел никакого отношения к дезинфекции, и он был ближе, чем у Хендерсонов. На самом деле, казалось, что звуки доносятся прямо с заднего двора.
Сидни замерла, как испуганный сурок. Она стояла, инстинктивно натягивая халат. Джим уехал в Чикаго более часа назад, и, как она обычно делала, когда он уезжал в одну из своих деловых поездок, Синди решила устроить себе выходной. Вместо того чтобы сразу убрать посуду с завтрака и прибраться в доме, она оставила все дела и осталась здесь, на кухне, неторопливо читать газету, потягивать кофе и смотреть телевизор.
Она посмотрела в сторону закрытых штор, закрывающих раздвижную стеклянную дверь ведущую в садик на заднем дворе.

Теперь она услышала голоса, мужские голоса, и звук падения чего-то тяжелого на террасу.
Она замешкалась на мгновение. Если бы она была одета и работала по дому, она бы без колебаний вышла на улицу посмотреть, что происходит. Но сейчас она не чувствовала себя готовой к конфронтации и общению с кем-либо. То, что она была в ночной рубашке и халате, делало ее уязвимой, и она испугалась шума снаружи, боясь выглянуть и посмотреть, что происходит. В ее личное пространство вторглись, и это вторжение заставило ее бездействовать.
С другой стороны портьер, по ту сторону стекла, доносился низкий механический скрежет.
Она тихонько на цыпочках пересекла гостиную, отдернула занавеску и выглянула наружу.
На ее заднем дворе стояла бетономешалка.
Она моргнула. Полностью неуверенная, что ей это не сниться.
Бетономешалка не исчезла. Более того, она во всю работала. Цемент монотонно перемешивался, а рядом на куске фанеры лежала куча песка и гальки. На лужайке валялось несколько больших деревянных балок, одна из которых придавила ее розовый куст. Трое молодых, мускулистых строителей толкали тачки, наполненные шлакоблоками, вокруг дома.
Она быстро задернула занавеску, ее сердце колотилось.
Что здесь происходит?! Какого дьявола!
Она поспешила обратно в спальню, надела рубашку, натянула свитер, влезла в джинсы и пару сандалий. Она не хотела открывать раздвижные двери, не хотела, чтобы строители видели ее дом, поэтому она вышла через парадную дверь и поспешила обойти дом сзади.
Теперь рабочих было пятеро. Три мускулистых молодых белых парня, один пожилой мексиканец и загорелый, самодовольный яппи в деловом костюме, разговаривающий по мобильному телефону. Деловой парень держал в руках планшет и, похоже, был главным, поэтому она подошла прямо к нему. Он увидел ее, улыбнулся, кивнул и быстро закончил разговор по телефону.
- Здравствуйте, - сказал он. - Чем я могу вам помочь?
- Я хотела бы знать, что вы делаете на моем заднем дворе.
Он посмотрел на часы.
- О, не слишком ли рано? Нам сказали, что в любое время после восьми это приемлемо.
- Здесь произошла большая ошибка. Вы явно ошиблись домом. У нас с мужем нет никаких работ... - Она посмотрела на кирпичи и доски. - и ничего не построено. Так что, боюсь, вам придется остановиться и все убрать. Все!
Мужчина нахмурился, опустил взгляд на свой планшет.
- Это один-два-один Аллен-стрит, правильно?
Синди кивнула, ошеломленная.
- Да.
- А вы миссис Уайтинг, правильно? Миссис Синди Уайтинг?
Ей вдруг стало не по себе, хотя она и не знала почему.
- Да.
Он улыбнулся, поднял на нее глаза.
- Значит, все в порядке.
- Ничего не в порядке! Я не знаю, о чем вы говорите! Мы никогда не нанимали вас. Мы...
- Может быть, ваш муж нанял нас. Я не знаю. Да собственно и не важно. Все, что я знаю, это то, что мы получили этот заказ, предоплату, и мы должны построить одноэтажную пристройку. Чертежи были утверждены, городские лицензии выданы, проект готов.
Возможно ли это? Мог ли Джим нанять этих людей, не сказав ей об этом? Она перебрала в уме все варианты и решила, что нет, это невозможно. Он ни за что не решился бы на то, чтобы пристроить к дому дополнительную комнату, не поставив ее в известность. Он просто не мог так поступить.
Ей пришла в голову мысль, что, возможно, у него что-то случилось с психикой или он находится на первой стадии болезни Альцгеймера. Это объяснило бы такой поступок.
Но ему пришлось бы договариваться, звонить по телефону. Другими словами, это потребовало бы согласованных организованных усилий. Это практически исключает единичный акт сумасшествия.
Она не хотела больше ничего говорить этому человеку, объясняться перед этими рабочими, и просто вскинула руки.
- Просто остановите то, что вы делаете, и дайте мне позвонить мужу. Сделайте перерыв или что-то в этом роде. Мне нужно все уладить.
Молодой человек неискренне улыбнулся.
- Боюсь, мы не можем этого сделать, миссис Уайтинг. Рабочие получат премию, если проект будет закончен раньше срока. Это тоже прописано в договоре.
- Кто выплачивает бонус?
- "Wilton Construction". Наша фирма. Это политика компании.
Она сделала глубокий вдох.
- Кто-то заплатил за срочность. Это значит, что у вас есть чек, или счет Visa, или подпись, или... что-то еще. Мне нужно это увидеть, чтобы узнать, кто разрешил эту работу, потому что, уверяю вас, это был не мой муж и уж явно не я.
- Извините, но я не имею права разглашать финансовую информацию. Это конфиденциально.
- Конфиденциально! Это мой дом! Разве я не имею права знать, что здесь происходит?!
- По закону, мэм, все, что мы должны сделать, это сообщить вам, что мы начинаем строительство. Я так и сделал. Теперь, боюсь, нам нужно, чтобы вы держались подальше от этого места. У нас очень много работы.
Он отвернулся, отстраняя ее, и у Синди возникло внезапное желание поднять одну из длинных балок с газона и ударить его по голове.
Но она этого не сделала. Вместо этого она зашла в дом, достала телефонный справочник, нашла номер "Wilton Construction" и позвонила. Она поговорила с секретарем. Потом с заместителем начальника. Потом еще с одним секретарем. Потом с самим владельцем, Джоном П. Уилтоном.
С таким же успехом она могла разговаривать с яппи во дворе. Никто из тех, с кем она разговаривала, не предложил никакой помощи или содействия, а Уилтон был настроен откровенно враждебно, очевидно, злясь на то, что его побеспокоили, и холодным презрительным голосом сообщил ей, что ее имя указано в заказе на работы только как контактное, и что у нее нет полномочий остановить или отложить проект, поскольку не она его оплачивает.
- Кто это? - потребовала она. - Это то, что я пытаюсь выяснить. КТО платит?!
- Мне очень жаль. Я не могу вам помочь.
Линия отключилась.
Она замерла на мгновение, не двигаясь, телефонная трубка все еще была в ее руке, в ухе гудел монотонный сигнал прерванной связи, она была шокирована грубостью и невежливостью, с которыми столкнулась.
Не зная, что делать дальше, она позвонила в полицию, терпеливо объяснив, что в ее доме находится незваная строительная бригада, которая готовится разобрать дом без ее разрешения. Мужчины издевались и угрожали, и она хотела, чтобы кто-нибудь пришел и заставил их остановиться. Они нарушали границы владения, и она хотела, чтобы они убрались с ее участка раз и навсегда.
Двадцать минут спустя патрульная машина остановилась у обочины, и она наблюдала, как из нее вышел офицер в форме. Она встретила его на лужайке перед домом и быстро объяснила последовательность событий: как она услышала шум, поговорила с прорабом или кем он там был, а затем позвонила владельцу строительной компании.
- Они все еще здесь, - сказала она, указывая на задний двор со стороны дома.
Полицейский посмотрел на два грузовика, припаркованных на подъездной дорожке, затем кивнул и застегнул ремень с кобурой и рацией.
- Не хотите ли вы вернуться со мной, чтобы мы могли все обсудить и докопаться до сути?
Она покачала головой, испытывая необъяснимый страх, не желая снова сталкиваться с чужаками.
- Нет, нет. Не могли бы вы просто разобраться с этим? Я имею в виду, я уже поговорила с...
Она вдруг поняла, что даже не знает имени этого человека.
- Я просто хочу, чтобы они ушли, - сказала она.
- Я посмотрю, что можно сделать, мэм.
Синди смотрела, как он идет по цементной дорожке, ведущей на задний двор, и останавливается перед бригадиром в деловом костюме. Полицейский говорил несколько мгновений, затем жестом указал в сторону переднего двора, где она стояла. Мужчина из строительной компании посмотрел на нее, и она поспешила в дом с колотящимся сердцем. Она не хотела, чтобы ее видели, но, уже закрывая за собой входную дверь, поняла, что это был иррациональный порыв. Очевидно, что это она вызвала полицию, и даже если полицейский не скажет бригадиру, кто подал жалобу - что он, конечно, должен был сделать, - тот все равно узнает, потому что полицейский будет повторять то же самое, что она сказала всего пятнадцать минут назад.
Так почему же она так боялась? Почему она не вышла туда и не включилась в процесс, не выдвинула свою версию, пока полицейский был рядом, чтобы поддержать ее?
Она не знала, но не могла этого сделать. С опаской она выглянула из-за штор.
Двое мужчин смеялись вместе, веселое товарищество совместимых парней, разделивших шутку, и она вдруг убедилась, что они смеются над ней, что они оба от души посмеиваются за ее счет, за счет испуганной нервной женщины, которая вызвала полицию, чтобы решить несуществующую проблему. Работы не прекращались, никто не пытался собрать вещи и уехать, не было никакого признания того, что "Wilton Construction " делает что-то не так.
В ней вспыхнул гнев, и она отдернула шторы, открыла раздвижную стеклянную дверь и ворвалась наружу.
- Я хочу, чтобы вы убрались отсюда! - закричала она на бригадира. Она жестом обвела всех рабочих, многие из которых теперь смотрели на нее. - Убирайтесь с моей территории! Сейчас же!
Полицейский шагнул вперед.
- Успокойтесь...
- Успокоиться? Успокоиться?!
- Эти люди выполняют только ту работу, на которую их наняли. - Он говорил четко, как будто с особенным семилетним ребенком. - Я ничего не могу с этим поделать. Все, что они делают, совершенно законно. Здесь не было нарушено никаких законов.
- Мы все это не разрешали! - кричала она. - Эта компания вторгается на нашу территорию, уничтожает наш ландшафт, разрушает наш дом, а вы говорите, что ничего не можете с этим поделать?
- Все разрешения и допуски, похоже, в порядке. Вы можете подать гражданский иск против компании, но уголовного дела нет...
- Я хочу поговорить с другим полицейским, - потребовала она, сложив руки на груди. - Пришлите сюда кого-нибудь еще.
- Мэм...
- Не надо "мэм", ты, жалкое подобие человека. Просто позвони в свой участок и вызови сюда кого-нибудь, кто знает, как делать свою работу. Живо!
Выражение лица полицейского ожесточилось.
- Мы закончили. Мне очень жаль, но полиция ничем не может вам помочь. Подразумевалось что ей может помочь только специалист по психическому здоровью.
Чужак-прораб улыбнулся.
- Не волнуйтесь, миссис Уайтинг. К концу недели мы от вас отстанем. Мои люди очень хотят получить эту премию.

***


Джим позвонил тем же вечером.
- Привет, дорогая. Как дела?
Синди захотелось плакать.
- Это был кошмар! Весь день у нас на заднем дворе гремели строители, возводившие пристройку к дому, и я не могла заставить их остановиться.
- Успокойся дорогая, успокойся. Расскажи мне, что случилось.
- Только что! После твоего ухода сегодня утром я услышала шум снаружи, выглянула и увидела строителей на нашем заднем дворике. Они привозили пиломатериалы, инструменты и строительный инвентарь, и у них была бетономешалка, и там были балки, которые раздавили мои розы, и... и они не уходили! Я сказала им уйти, но они не ушли! Они просто продолжали строить!
- В этом нет никакого смысла.
- Именно это я и пытался тебе сказать!
- Постой, постой! Ты уверена, что они...
- Я уверена, что они что? - закричала она. - Я уверена, что они пристраивают комнату к нашему дому? Именно к нашему дому! Это ты хотел уточнить? Наш двор завален строительными материалами! Они начали сносить заднюю стену гостиной! Нашей гостиной!
На другом конце линии была тишина.
- Ты слышал хоть одно мое слово?
- Да.
- И?
- Слушай, я разберусь с этим, когда вернусь домой, - произнес Джим сухим тоном.
- Они закончат к тому времени, как ты вернешься домой!
- Успокойся. Ты знаешь, как это бывает. Ремонт невозможно закончить, только приостановить.
Она глубоко вздохнула, стараясь не закричать в трубку телефона. Он явно не понимал, что здесь происходит. Похоже, он думал, что речь идет о каком-то незначительном неудобстве вроде протекающего крана, а не о крупном строительном проекте, который съедает их дворик и навсегда меняет их дом.
- Кто-то заплатил строительной компании тысячи долларов, чтобы пристроить к нашему дому дополнительную комнату, - сказала она, медленно произнося каждое слово. - Я сказала бригадиру, что произошла какая-то ошибка, что они ошиблись адресом, но наш адрес был указан в заказе на работы, и он знал мое полное имя. Он отказался уходить, и я вызвала полицию, но приехавший полицейский сказал, что они ничего не могут сделать, строительная компания не делает ничего незаконного.
- Понятно, - сказал он.
- А ты? Понимаешь ли ты, что здесь сегодня происходило, и через что я прошла этим ужасным утром?
- Да, дорогая. И, как я уже сказал, я позабочусь об этом. Не волнуйся. Я позвоню в строительную компанию и все улажу.
Слава Богу.
- Мне... мне было страшно, - призналась Синди, и на ее глаза навернулись слезы. - Никто меня не слушал. Я ничего не могла сделать. Они смеялись мне в лицо!
- Я позабочусь об этом, - сказал он успокаивающе. - Не волнуйся. Я все исправлю.
Они проговорили еще десять минут, не касаясь ее кошмарного опыта, придерживаясь обычных тем их междугородних разговоров - его дня и того, как проходит его поездка, - а затем попрощались. Но как только она положила трубку, Синди одолели сомнения. Я позабочусь об этом, сказал он. Но как он собирался позаботиться об этом? Он даже не спросил название строительной компании. Или имя прораба.
Может быть, он уже знал эту информацию?
Может быть, это он их нанял?
В ее голове промелькнуло множество сценариев: у него есть любовница, и именно ее он на самом деле навещал, когда уезжал в свои так называемые "деловые поездки". Он собирался привезти ее обратно и поселить в новой комнате. Или любовница залетела, и он собирался использовать новую комнату для их будущего ребенка. Он разведется с Синди и женится на новой красотке с длинными ногами и силиконом. Или...
Зазвонил телефон.
Она подскочила, вынырнув из своей задумчивости.
Это был Джим.
- Дорогая, это опять я. Совсем забыл спросить название строительной компании.
Он не нанимал их! Облегчение, которое она испытала, было почти непреодолимым, и она с благодарностью назвала ему название и номер телефона компании. Хотя она не знала имени бригадира, она знала имя Джона П. Уилтона, президента компании, и сказала ему и это. Сообщив, что этот мужчина фирменный негодяй.
- Я позвоню завтра утром, и все улажу - пообещал он.
Они снова сказали друг другу "люблю" и попрощались, и снова Синди почувствовала трепет после того, как положила трубку. Она была рада, что Джим собирается позвонить в строительную компанию, но он все еще не выглядел настолько обеспокоенным, насколько должен был. Он поступал правильно, но из чувства долга, а не возмущения. Он должен быть расстроен так же, как и она. В конце концов, кто-то ломает целую стену в их доме, чтобы пристроить новую комнату, которая им не нужна.
Может быть, она недостаточно хорошо объяснила. А может быть, он просто подумал, что она слишком остро реагирует, как в тот раз, когда она заставила его вернуться домой из поездки в Нью-Йорк, потому что ей показалось, что кто-то вломился в их дом, а потом выяснилось, что с полки упала неправильно сбалансированная книга и опрокинула вазу с цветами. Но как он мог неправильно понять, что бригада строителей пристраивает к их дому дополнительную комнату? И как Джим мог подумать, что эта ситуация может быть чем-то иным, чем она была на самом деле? Она очень четко описала случившееся. Возможно Джим и не самый сообразительный парень в мире, но с ее слов он должен представить масштабы бедствия.
Она хотела перезвонить ему, но поняла, что он забыл сообщить ей название отеля, в котором остановился, а она в суматохе забыла спросить.
Следующие два часа она ждала у телефона, надеясь, что он позвонит снова, но телефон не звонил, и, наконец, обессиленная, она легла спать, даже не потрудившись принять душ или раздеться, просто скинув тапочки и плюхнувшись на одеяло.

***


Ее разбудил звук стучащих молотков.
К тому времени, как она встала с постели, весь дом содрогался от тяжелой техники, атакующей последние остатки задней стены гостиной. Вчера она сняла со стен все фотографии и гравюры в рамках, переставила диван и журнальный столик в центр комнаты и даже натянула прозрачный пластиковый брезент, который ей предоставила компания "Wilton Construction", хотя она отказалась пускать в дом рабочих и настояла на том, чтобы самой накрыть пол и мебель. Но она все равно была потрясена огромной дырой в доме, которая встретила ее после того, как она оделась и вышла из спальни.
- Привет! - окликнул ее бригадир с заднего двора, и помахал рукой. - Хороший день!
Двое других строителей кивнули ей в знак приветствия.
Синди судорожно огляделась вокруг. Теперь ей негде было спрятаться. Ее дом был открыт для посторонних глаз, ее жизнь была открыта, и не было места, куда бы она могла зайти внутри дома, чтобы они не могли ее увидеть. Рабочие имели полный обзор гостиной и кухни, лишь частично загораживая семейную комнату, и они могли видеть весь коридор, что означало, что, хотя они не могли видеть, что именно она делает, они знали, в какой комнате она находится: спальне, гостевой комнате, ванной.
Она чувствовала себя ужасно уязвимой и понимала, что не сможет жить так всю следующую неделю или сколько там времени им понадобится, чтобы закончить проклятое строительство.
Сколько времени им понадобиться?
Она поняла, что уже смирилась с мыслью о том, что пристройка будет построена, уже купилась на предположения "Wilton Construction", что, хотя она все еще намеревалась бороться до конца, не сдаваться без борьбы, в ее сознании она уже согласилась с неизбежным.
Она проигнорировала открытое пространство, где была стена, прошла на кухню и вышла на улицу через боковую дверь. Она встретила бригадира у террасы. Он был без пиджака, но все еще в белой рубашке и галстуке, и когда она подошла, он обсуждал чертежи с мускулистым блондином за столом для пикника.
Синди стояла во главе стола, сердито сложив руки на груди. Когда ни один из мужчин не поднял глаз, она сделала вид, что громко прочищает горло, чтобы привлечь их внимание.
- Да? - бровь бригадира поползла вверх.
- Что вы здесь делаете? Разве мой муж не звонил в ваш офис?
Бригадир поглядел на своего рабочего, затем картинно покрутил головой по сторонам.
- Насколько мне известно, нет.
- Не могли бы вы проверить?
- Мне очень жаль, миссис Уайтинг. Но мы сейчас немного заняты. Мы должны уложиться в срок...
- Нет! - крикнула она. - Потому что мой муж собирался позвонить твоему боссу и сказать ему, чтобы он убрал своих людей и оборудование с нашей территории, и он собирался порвать этому придурку задницу! Ясно?!
Вздохнув, молодой человек достал свой мобильный телефон и нажал на заранее заданный номер. Он коротко поговорил с Джоном Уилтоном, но Синди даже не пришлось дожидаться конца разговора, чтобы узнать, что Джим не звонил в строительную компанию, не рвал никому задницу. Да и в целом ситуации не изменилась, разве только темпы работ стали побыстрей.
В бешенстве она ворвалась обратно в дом, но зияющая дыра была там где и раньше, и все строители наблюдали за ней, и она поспешила по коридору, забежав в спальню, чтобы уединиться. Она не могла так жить. Она подняла трубку телефона, намереваясь позвонить кому-нибудь из друзей, но линия молчала.
Она хотела списать это на случайность, но не могла отделаться от мысли, что это было сделано намеренно, что они отключили линию, чтобы лишить ее возможности общаться с внешним миром.
Но было ли это законно?
Возбужденная перспективой поймать "Wilton Construction" на том, чего они не должны делать, она схватила свою сумочку и телефонную книгу, доехала до телефона-автомата в торговом центре на улице Линкольна, позвонила в мэрию и попросила поговорить со строительным инспектором. Она назвала свое имя и адрес и поговорила со старшим инспектором, который занимался строительным проектом в ее квартале. Но когда она описала ситуацию с телефоном, инспектор сказал, что такое отключение законно, если оно временное и телефонная связь возобновляется каждый вечер по окончании рабочего дня.
Разочарованная, она поблагодарила его за помощь, а затем поехала в квартиру своей подруги Джулии. Джулия была на работе, но у Синди был запасной ключ, и она вошла в дом. Она закрыла за собой дверь, села на диван и закрыла глаза, глубоко дыша. Она прислонилась спиной к мягким подушкам, наслаждаясь уединением закрытой от внешнего мира гостиной, свободной от посторонних глаз разнорабочих.

***


Джулия разрешила ей остаться на неделю, как Синди и предполагала.
Она вернулась в дом только один раз, чтобы взять свою одежду, зубную щетку и туалетные принадлежности, но, хотя у нее было искушение возвращаться каждый день, чтобы проверить, как продвигается строительство, она не стала этого делать. Ей было любопытно, и не раз она проезжала по своей улице, чтобы заглянуть туда, но через несколько кварталов сворачивала и мчалась в обратном направлении.
Правда заключалась в том, что она боялась.
Чего именно, она была не совсем уверена. Точно не самодовольного бригадира-яппи. Не грубияна Джона П. Уилтона или тех четырех рабочих, которые разрывали ее дворик и дом. Не таинственного человека или людей, оплативших проект. Нет, это было... все вместе взятое.
И сама пристройка.
Да, пристройка пугала ее, хотя она и не знала почему. Она понятия не имела, как будет выглядеть комната, не имела никаких предубеждений на этот счет, но само ее существование пугало ее, мысль о том, что она растет с каждым днем, как какой-то рак, тот факт, что это вторжение в ее дом и собственность, которое навсегда изменит ее быт так, как она не хотела и не просила.
Она понятия не имела, в каком отеле остановился Джим, и все надеялась, что он позвонит Джулии, чтобы узнать, где она, что после того, как он обнаружит, что телефонная линия не работает, он начнет связываться с их друзьями, чтобы убедиться, что с ней все в порядке и с ней ничего не случилось. Но дни шли, а звонка все не было, и она начала злиться на него, возмущаясь тем, что он не позаботился о том, чтобы сделать хотя бы такую простую попытку как связаться с ней.
- Неужели ему все равно? - не раз спрашивала Джулия, и на этот вопрос у Синди не было ответа.
Еще хуже, на ее взгляд, было то, что ему было наплевать на то, что происходит с их домом. А может он все же замешан в этом? Она так не думала, но другого объяснения его поведению и непростительному молчанию, похоже, не было.
Пристройка росла и обретала очертания, да, строительство продолжалось, но она хотя бы попыталась остановить его, хотя бы сделала безуспешную попытку. Джим? Джим отсутствовал. Не просто отсутствовал, а сознательно, намеренно не участвовал, как будто ожидал, что она возьмет на себя всю ответственность и, в конечном счете, всю вину.
В пятницу вечером телефон наконец-то зазвонил.
- Это тебя, - сообщила Джулия.
Синди практически вскочила с дивана.
- Джим?
- Я не знаю.
Она взяла телефон у своей подруги.
- Алло?
- Все готово, миссис Уайтинг. Вы можете возвращаться домой.
По ее рукам пробежали мурашки. Она не узнала голос, но знала, что это кто-то из "Wilton Construction ". Но как они узнали, что она остановилась именно здесь? Она им не говорила. Неужели компания следила за ней?
Раздался щелчок, когда мужчина повесил трубку, а затем монотонный звук гудка.
Онемев, Синди положила трубку в подставку. Она пыталась представить, как выглядит новая пристройка, размеры комнаты и как она впишется в общий дизайн дома. Ей хотелось посмотреть на нее, но она ни за что на свете не пошла бы туда ночью, даже с Джулией в качестве поддержки - хотя она не могла бы сказать, почему. Она не думала, что там водятся привидения или что-то в этом роде, не думала, что кто-то из строителей может затаиться и ждать, чтобы ограбить ее или убить. Это было просто...
...просто неправильно.
Она не знала почему и как это описать. Чувство неправильности происходящего не покидало ее с самого первого резкого звука тем самым страшным утром.
Она просто не хотела видеть пристройку ночью.
Утром она собрала чемодан, поблагодарила Джулию за гостеприимство и отправилась домой. Ее подруга предложила проводить ее, но Синди сказала, что хочет сделать это одна, она позвонит позже. Джим должен был вернуться домой сегодня, но она понятия не имела, когда, и в данный момент ей было все равно. Он стал для нее абстракцией, и она поняла, что если больше никогда его не увидит, то со временем даже забудет его лицо.
Еще неделю назад она и подумать не могла, что такое возможно.
Она не стала тянуть время или затягивать ожидание, а припарковалась на подъездной дорожке, вышла из машины, отперла входную дверь дома и вошла внутрь. В центре перестроенной стены гостиной, примерно в том месте, где раздвижные стеклянные двери выходили во внутренний дворик, находился вход в новую пристройку, и она направилась прямо туда.
Новая комната была на удивление большой, легко сравнима с гостиной, почти в два раза больше комнаты для гостей, а отсутствие ковров и мебели создавало впечатление, что она намного шире и выше. Здесь не было окон, только сдвоенные люминесцентные лампы, утопленные в потолке.
Синди ходила по периметру пустой комнаты, чувствуя волнение. Что они собирались делать со всем этим пространством? Какое применение они могли бы найти для такой пристройки? Запасная спальня? У них уже была одна, плюс диван-кровать в гостиной. Это могла бы быть комната для шитья, но она не шила. У Джима тоже не было хобби, а его работа не требовала приносить задания из офиса домой.
Что тогда? Библиотека? Хранилище? Художественная галерея? Детская комната? Бар? Возможностей было слишком много, и она села посреди пола, на твердый цемент, и уставилась на белые стены, чувствуя себя маленькой и испуганной. Она ждала, когда Джим вернется домой.
Он приехал рано вечером, и выражение его лица сказало ей все, что ей нужно было знать: он был в шоке. Бросив портфель, Джим ошеломленно ходил по пустой комнате, трогая свежую штукатурку, глядя на флуоресцентные лампы.
- Я... я думал, это еще один из твоих... Я думал, что это...
Он покачал головой.
- Ты подумал, что это было что?
- Неважно.
Она встала.
- Не говори мне "неважно". Что ты подумал? Что именно ты подумал? Что я лгу, что я все выдумываю, что я сумасшедшая? Что?!
- Нет, дорогая - сказал он, отступая. - Не то чтобы... придумала... может быть преувеличила.... или...
- Что тогда?
Она вдруг осознала, насколько он был неопределенным, несмотря на то, что настаивал на конкретности в других, как он никогда не занимал определенную позицию или придерживался конкретных убеждений по любому важному вопросу. Как послушная жена, она всегда подчинялась его желаниям, всегда выполняла все, что он предлагал, но сейчас, черт возьми, она не могла понять, почему.
Он игнорировал ее, не отвечая, делая вид, что она не предупреждала. Он медленно ходил по комнате, глядя на стены без окон, словно в поисках чего-то, чего там не было. Он выглядел испуганным, и она поняла это чувство и разделила его.
- Что это? - спросил он наконец. - Почему это здесь? Для чего?
- Я не знаю, - сказала она ему, и впервые она почувствовала, что из них двоих она сильнее, что она лучше подготовлена к тому, что будет дальше. Она оглядела пустые стены, голый пол. Это была тяжелая ответственность, найти цель для всего этого пустого пространства, пугающая перспектива, которая наполняла ее ужасом. Это навсегда изменит их жизнь, и решения, которые они примут сейчас, будут иметь последствия далеко в будущем, эффект пульсации, который повлияет на все, что будет дальше. Как круги от брошенного в воду камня.
Он потянулся к ее руке, бездумно, небрежно, позволяя своей собственной руке следовать за ним, чтобы она могла схватить его, но она отказалась, оставаясь на месте. Он остановился, удивленно оглянулся на нее, и она увидела растерянность на его лице.
- Что мы собираемся делать? - спросил он. - Что мы собираемся сюда положить?
Она покачала головой.
- Синди? - Его голос дрожал.
- Я не знаю, - сухо ответила она. - Это зависит от тебя.

Просмотров: 107 | Добавил: Grician | Теги: рассказы, Бентли Литтл, Bleed, Константин Хотимченко | Рейтинг: 5.0/1

Читайте также

Автор представляет вариант реализации принципа социальной справедливости и равенства в распределении благ. В рассказе «идеальный» незнакомец раздает, как говориться...

Как ощущения? Спрашивает она, глубоко разрезая внутреннюю сторону бедра: плоть и жир разделяются, в свежую рану проникает её язык....

Упрямое любопытство человека пробуждает ненасытный голод на пустынной сельской дороге......

Кристина встретила мужчину своей мечты. Но, у каждого такого мужчины есть свой скелет в шкафу......

Всего комментариев: 0
avatar