Авторы



Дежурство этой ночью в приёмном покое "скорой помощи" обещало быть спокойным...






Дождь падал волнами, брызгая и скатываясь по большому окну, выходящему на стоянку скорой помощи, пока Гарольд смотрел сквозь него. Ему нравился дождь. Это принoсило ему какое-то умиротворение. В детстве он любил засыпать под звуки его ударов по металлической крыше родительского дома.
Ночь была спокойной до последнего часа. Он почти убедил себя, что отдежурит всю смену без происшествий. Спокойные ночи были редкой и прекрасной вещью в отделении скорой помощи, но они случались время от времени. Не то, чтобы он обычно всё время был по локоть в крови. Гарольд не был ни врачом, ни медсестрой. Он был всего лишь скромным, и как чувствовал себя - низкооплачиваемым, охранником.
И все же Гарольд терпеть не мог смотреть на всю эту драму, совершая обход.
Вернувшись домой с войны в Персидском заливе, он не мог найти другой работы. В современном мире не так уж много легальных мест для людей, чьими главными навыками были рукопашный бой и убийство. Каждый раз, когда он пытался получить должность в местной полиции, он проваливал письменные тесты. Мозги просто не были его сильной стороной, и он смирился с этим.
Его жена Кэти тоже работала, так что его семья справлялась, но это было нелегко, и она часто уставала от изнурительных смен в закусочной, и засыпала, как только приходила домой. Он ходил на цыпочках по дому, собираясь на работу, и оставлял ее в отключке на диване с одеялом, которое бросал на нее. Это не делало чудес для их отношений, но их первый ребенок должен был родиться меньше чем через шесть месяцев.
Эмоционально он был готов, но финансовая реальность их положения пугала. Вот почему он начал воровать лекарства из больницы и продавать их в Эшвилле. Он не гордился этим, и Кэти убила бы его, если бы узнала, но он уже припрятал несколько тысяч долларов на их будущее из тех двух сделoк, которые заключил до сих пор. Гарольд поклялся себе, что остановится, когда coберет десять тысяч. Он надеялся, что этого будет достаточно, чтобы они пережили тяжелый первый год с ребенком. Если кто-то в больнице и заподозрил что-то неладное, то либо держал рот на замке, либо еще не собрал достаточно улик, чтобы противостоять ему.
Пальцы Гарольда поглаживали рукоятку пистолета, висевшего у него на поясе, пока он обдумывал все это, с дрожью, оставшейся с тех дней, когда он воевал в Заливе.
Вспыхнули синие огни, когда третья за этот час "скорая" подъехала к зданию. Гарольд покинул свое место у окна и пошел ей навстречу. Когда он вышел на улицу, задняя дверь распахнулась, и парамедики выбежали на тротуар с женщиной, привязанной к носилкам между ними. Он мельком увидел ее, когда они проходили мимо. Ее светлые волосы были мокрыми от крови, и он мог сказать, что обе ее ноги были сильно сломаны, как будто что-то толкнуло их с такой силой, что они почти оторвались от ее тела. Гарольд вздрогнул и последовал за медиками в приемное отделение. Повсюду царил хаос, врачи и медсестры носились вокруг, пытаясь ухаживать за растущим числом пациентов. Все трое пациентов были искалечены или ранены так сильно, что были близки к смерти. И снова он порадовался, что не оказался среди тех, кто пытался их спасти.
- Гарольд! - крикнул ему сзади Грегори.
Гарольд повернулся к водителю "скорой помощи". Они знали друг друга уже два года, с тех самых пор, как он устроился охранником. С Грегори было легко ладить. Оба они были курильщиками, и было приятно иметь компанию, когда ты отмораживаешь задницу, чтобы затянуться в зимние месяцы.
- Что, черт возьми, там происходит? - спросил Гарольд, когда Грегори подошел к нему, стряхивая дождь с куртки.
- Черт меня побери, если я знаю, - рассмеялся Грегори. - Это безумие, чувак. Нам звонят отовсюду из города. Копы говорят, что на свободе разгуливает какое-то большое животное.
- Большое животное? - повторил Гарольд с ухмылкой.
- Ага, - Грегори ткнул его кулаком в плечо. - Так говорят, но чувак... их должно быть больше, чем один.
- Что за животное?
Грегори покачал головой.
- Брат, разве я только что не сказал, что понятия не имею? Все, что я знаю, это то, что должно быть больше, чем одно из этих тварей. Слишком много всего происходит в слишком многих местах, чтобы одно животное могло сделать все это.
Гарольд нахмурился.
- Потом перекурим, - сказал ему Грегори. - Мы снова выезжаем. Мне пора двигаться.
- Будь там поосторожнее! - крикнул ему вслед Гарольд.
- Bсегда, чувак!
Голос Грегори эхом разнесся по коридору.
Гарольд смотрел, как Грегори исчезает под дождем. Гроза усилилась, и далекие молнии вспыхнули в темноте далеко-далеко, высоко над горами.
Вздохнув, он направился в приемную.
Oбезумевшие семьи и никто толком не знал, что происходит в городе, - вот верный путь к беде. Он должен был быть там на случай, если кто-то станет слишком эмоциональным и все выйдет из-под контроля. Жалея, что Грегори упомянул о сигарете, потому что ему вдруг до смерти захотелось закурить, Гарольд обнаружил, что приемная странно пуста, как и всю ночь. Все было так же спокойно, как и раньше, когда появилась первая жертва. Ни одна живая душа не пришла проведать своих близких и не пришла со своими неотложными делами. Что-то определенно было не так.
Секретарша на ресепшене, Рэйчел, бросила на него взгляд, который сказал Гарольду, что она чувствовала то же самое, когда он проходил мимо нее. Гарольд промолчал и вернулся на свое место у окна. Он едва мог что-либо разглядеть сквозь дождь, так как тот усилился... Но кто-то стоял в задней части парковки, не обращая внимания на бурю, бушевавшую вокруг них. Темная фигура неуклюже двинулась вперед, в сияние огней стоянки, и у Гарольда перехватило дыхание.
- Что за...? - прошептал он, глядя на эту штуку.
На нем не было одежды, хотя он был похож на человека. Мокрые каштановые волосы, прилипшие к коже от дождя, покрывали его с головы до ног. Гарольд прикинул, что в нем не меньше девяти футов. Глаза твари отражали свет уличных фонарей, и были как у кошки, ярко-желтые в сумраке дождя. Он бродил между машинами, приближаясь к скорой.
- Рэйчел, - громко сказал Гарольд, не сводя глаз с существа, - я думаю, тебе лучше пойти к докторам. У нас грядут неприятности, и я не думаю, что ты захочешь быть здесь... И Рэйчел, скажи им, чтобы они заперли все наружные двери и не выходили сюда, что бы они ни услышали. Понялa?
Рэйчел не ответила ему, но он услышал, как подошвы ее туфель зашлепaли по кафельному полу, когда она выскочила из приемного покоя, и тяжелая внутренняя дверь в отделение скорой помощи захлопнулась, когда она ушла.
Гарольд вытащил револьвер и проверил, полностью ли он заряжен. Иногда он забывал перезарядить его после чистки. За два года в больнице ему не пришлось сделать ни одного выстрела. Пистолет был полон, и он закрыл патронник. Глаза и чутье подсказывали ему, что сегодняшний вечер будет совсем другим. Он сомневался, что у оружия хватит огневой мощи, чтобы остановить эту тварь, но будь он проклят, если не попытается. Гарольд обокрал здешних людей. Это было неправильно, и теперь, когда на кону стояла их жизнь, пришло время встать и сделать свою работу.
Глаза зверя встретились с его собственными, пока он продолжал наблюдать за медленным приближением твари через стоянку. Время, казалось, остановилось, когда он ощутил еe ярость как осязаемую силу. Еe голова откинулась назад, когда онa издалa такой громкий рев, что он не только услышал его сквозь бурю, но тот буквально потряс окно, перед которым он стоял.
Она неслась на него, как разогнавшаяся фура. Гарольд едва успел удивиться, как нечто столь огромное может двигаться так быстро, прежде чем бросился с его пути.
Большое окно разлетелось вдребезги, и осколки стекла полетели в комнату ожидания вместе с ним. Гарольд перекатился на спину и прицелился в монстра. Револьвер рявкнул три раза, когда его палец быстро нажал на спусковой крючок.
Первый выстрел угодил зверю в брюхо. Двa других ударили его прямо в грудь. Ни один из них не причинил никакого реального вреда. Гарольд сразу же понял, что мускулы существа были такими толстыми, как у медведя, что они мешали любому настоящему проникновению. Ему нужен был пистолет побольше. Либо так, либо ему придется поумнеть. Выстрел в глаза нанесёт ему урон, независимо от того, насколько сильным был зверь.
Гарольд невольно вскрикнул, когда лапа зверя сомкнулась на его форме и подняла его в воздух. Его револьвер подпрыгнул на полу приемной. Он схватил тварь за лапу обеими руками и попытался вырваться. Раздосадованный зверь швырнул его в ближайший торговый автомат. Он срикошетил от него, приземлившись кровоточащей спиной рядом с револьвером. Стиснув зубы от пронзившей его боли, он схватил пистолет, а существо бросилось на него.
Он выстрелил, всадив пулю в мозг твари через левый глаз. Зверь умер мгновенно, но это не остановило его движения. Барахтающееся тело монстра врезалось в него, и Гарольд почувствовал, как его ребра сгибаются под весом чудовища.
Лежа там, сплевывая собственную кровь, Гарольд думал о Кэти. Она будет одна, когда родится их ребенок. Когда его зрение потемнело, на стоянке снаружи прогремел хор нового рева. Последнее, что увидел Гарольд в этом мире, была пара существ, похожих на того, которого он только что убил, шагнувших через разбитое окно в приемную скорой.

Перевод: Zanahorras |
Автор: Эрик С. Браун | Добавил: Grician (22.06.2021)
Просмотров: 109 | Теги: рассказы, Эрик С. Браун, Zanahorras | Рейтинг: 0.0/0

Читайте также

Каждый вечер в цирковом шатре её пристегивал к электрическому стулу собственный муж. Поворачивал рубильник, и тело Электры с головы до пят пронизывало синее пламя....

Пожилой старатель может вам многое порассказать. Например, о Запруде Динкера, где после убийства местного дурачка поселилось нечто......

Многие годы сестра Николетта служила высшей силе. Она молилась девять раз в день. Ее жизнь состояла из работы, молитв, нескольких часов сна, новой работы и новых молитв....

Джорджия и Салли – сестры, не мыслящие существование друг без друга, привыкшие делиться друг с другом всем. Однако, когда в жизни одной из них появляется любовь, дело приобретает неожиданный оборот…...

Всего комментариев: 0
avatar
Открыть профиль