Авторы



Спасаясь бегством от неизвестного существа, Уокер возвращается в свой старый район, в надежде получить помощь своего лучшего друга...






Земля дрожала, когда что-то огромное неслось во тьме, шурша кустами и опрокидывая мусорные баки. Когда оно бежало, срабатывали автомобильные сигнализации, собаки выли и рычали, натягивая поводки, пытаясь атаковать гигантского зверя, которого они могли чувствовать, но не могли видеть. Уокер вскрикнул и ускорил шаг. Он почти уже перешёл на бег, когда пересек Джермантаун-Aвеню. Он повернулся и оглянулся назад, как раз вовремя, чтобы увидеть в тени большое волосатое нечто, похожее на медведя, которое рывками бежало между уличными фонарями. Острые клыки отражали лунный свет и устрашающе мерцали желтым цветом. Сердце Уокера бешенным ритмом заколотилось в груди.
- Боже мой! Что, черт возьми, это за хрень?
Что бы это ни было, оно ускользнуло обратно в тень, все еще неуклонно приближаясь к нему. Он слышал позади себя в темноте тяжелые шаги. Он уже чувствовал горячее, хриплое дыхание на своей шее, от чего все его тело покрылось мурашками. Оно было так близко. Настолько близко, что, если бы он остановился на секунду, оно бы схватило его. Тем не менее, он понятия не имел, что это было, почему оно преследовало его и что оно с ним сделало бы, если бы его поймало.
От урчания и рычания, преследовавшиx его, колени Уокера подгибались от страха. Смертельный голод существа был очевиден в его голосе и дыхании, в котором он чувствовал зловонный запах мяса и крови. Уокер ускорил шаг, сопротивляясь желанию вырваться на тотальный спринт, пока тварь изо всех сил старалась не отставать от него. Неоднократно бросая нервные взгляды через плечо, он зажимал кровоточащую рану в брюшной полости, куда существо уже атаковало его. Удерживая кишечник на месте, он бежал по улице, по которой ручейком за ним текла кровь. Каждая тень казалась чреватой угрозой. Насильственная смерть, казалось, поджидала его в каждом темном углу. Ночь была заряжена явной враждебностью. Он свернул на Дюваль-Cтрит и двинулся обратно в свой старый район. Он выглядел намного хуже, чем когда-либо, сколько oн помнил себя.
Улицы были невыносимо темными и пустынными. Мрачные тени сливались в сплошные стены ночи, тянувшиеся по мрачным улицам квартал за кварталом. Весь район казался одной большой пустыней полуночи, населенной только ветшающими кирпичными и лепными домами и ржавыми корпусами автомобилей старых моделей. Однако Уокера не обмануть. Он мог слышать незаметный шепот, доносящийся из переулков, и видеть тусклое мерцание одноразовых зажигалок, когда наркоманы и шлюхи зажигали свои трубки с метамфетамином и нагревали ложки в тени. Вдалеке раздались выстрелы, а из автомагнитолы, проезжавшей через квартал или два, гремела рэп-музыка. Он мог слышать горячие споры, идущие из-за стен одного из ветхих домов, построенных еще до Гражданской войны, вдоль мрачной улицы. Затем последовали шлепки и удары костяшками пальцев по голой плоти и убитые горем слезы.
Из других домов он слышал грубое дыхание и низкие душные стоны переплетенных страстных любовников. Жуткое голубое мерцание телевизоров, оставшееся долгое время после того, как их владельцы заснули, отбрасывалo странные тени за затемненными окнами вместе с сдержанным смехом ночных ситкомов. Ночь кипела невидимой жизнью.
Уокер все еще мог слышать что-то позади себя. Он развернулся, готовый защищаться, когда почувствовал, как что-то быстро приближается к нему сквозь темноту. Сутенер на белом "Mерседесе" проехал мимо него с выключенными фарами. Без сомнения, ища одну из своих шлюх. Он помахал Уокеру, когда тот пробежал мимо него. Уокер ходил с этим парнем в начальную школу. На самом деле, район с этого времени не сильно изменился.
Иссохшая молодая шлюха выскочила из ближайшего к нему переулка, глаза ее застыли в наркотическом восторге. Она улыбнулась ему, обнажив преждевременно сгнившие зубы, и машинально приподняла юбку, покачала ему все еще удивительно твердой и пухлой попкой, облизывая свои полные, но потрескавшиеся губы. Несмотря на очевидное ухудшение остальной части ее тела, ее задница все еще оставалась чудом природы. В Уокере начал нарастать голод, и молодая уличная проститутка заметила это и почувствовала возможность подзаработать.
- Хочешь "киски", папочка? Дай мне немного денег, дорогой, и мамочка позаботится о тебе.
Она выглядела так, будто ей самой нужна была мамочка, которая позаботится о ней. Несмотря на разрушительные последствия злоупотребления наркотиками, которые вырвали юность из ее плоти, все же было очевидно, что ей не больше пятнадцати.
- Тебе не нужна девушка?
Он оторвал губы от своих гротескно раздутых, похожих на саблю клыков, и тихонько зарычал. Она закатила глаза и показала средний палец.
- Ну и пошел ты, ниггер! - она снова пошевелила ему своей странно аппетитной задницей и скользнула обратно в переулок.
Уокер покачал головой и усмехнулся, пораженный ее наглостью и абсолютным отсутствием страха. Он задумался на мгновение последовать за ней, а затем напомнил себе, как выглядело ее тело, вздрогнул и пошел дальше по улице. Он боялся не болезни; он боялся ее зловония, которое останется после того, как все закончится. Кроме того, то, что преследовало его, теперь было еще ближе. Ему показалось, что он чувствует его дымящееся дыхание на затылке. Уокер застегнул куртку на кровоточащем животе и снова ускорился, увеличивая дистанцию между ним и темной волосатой тварью, преследовавшей его в тени. Его дыхание стало затруднительным, паника охватила его, сжав легкие.
Oн свернул в другой темный угол и увидел обычную банду хулиганов, собравшуюся на углу перед винным магазином. Он узнал некоторых из них, хотя прошло уже более десяти лет. Было несколько новых, более молодых лиц, перемежающихся со старыми знакомыми. Следующее поколение заблудших и отчаявшихся. Танк и Бум, двое приятелей, с которыми он вырос в свое время, сразу узнали его, когда он появился из тени в свете уличного фонаря. Они улыбнулись и пошатываясь подошли к нему. Они были пьяны и под кайфом, но Уокер знал, что они все еще опасны.
- Уокер? Братан! Где ты, черт возьми, был? Чувак, я не видел тебя со школы! - заорал Танк, наклонив свое неповоротливое тело, чтобы крепко обнять Уокера и похлопать его по спине своими большими руками.
- Я слышал, в тебя стреляли! - добавил Бум, отстраняясь и осторожно глядя на него, засунул руки в карманы пиджака.
Он не предлагал пожать ему руку и даже не помахал ему рукой. Несомненно, в одном кармане у него был пистолет, а в другом - три или четыре дюжины пузырьков с крэком.
- Нет, я слышал, тебя посадили. За что они тебя? Кого-то грабанул или избил? - спросил Танк.
- Они не смогли бы меня поймать, если бы даже очень захотели. Я должен идти. Я забегу к вам, братаны, позже.
- Да, позже, - ответил Бум, все еще подозрительно глядя на него.
Уокер задался вопросом, разве годы уклонения от полицейских и пуль, живя на грани, отточили навыки выживания Бума до такой степени, что он мог почувствовать смертельную угрозу, которую представлял Уокер. Либо это, либо это просто паранойя, вызванная чрезмерным употреблением кокаина.
Уокер продолжал идти по улице, нервно глядя на каждую тень, как он делал это, когда гулял по этим улицам в подростковом возрасте. Только теперь он не высматривал грабителей или соперничающих с ними бандитов. Он искал монстра. Монстр, который следил за ним уже несколько дней. Который был очень близок к тому, чтобы поймать его.
Уокер повернулся, когда с того места, откуда он только что пришел, раздались крики. Он услышал крик Бума, выстрелы, за которыми последовал безошибочный звук разрываемой плоти и ломающихся костей.
- Вот дерьмо! Что за нахуй! Боже мой! Нет! Не-е-е-е-т!!!
Уокер никогда раньше не слышал, чтобы Танк так кричал. Он видел, как ужасный головорез получил восемь выстрелов из "Узи". На углу снова возникла бурная активность, вспыхнули выстрелы, когда автоматический пистолет разгрузил всю обойму во всех направлениях, конечности оторвались от туловища и взмыли в воздух, а кровь... кровь была повсюду. Эта штука за считанные секунды разорвала на части двух самых стойких головорезов. Уокер знал, что он должен был увидеть своего друга, прежде чем, что бы это ни было, догoнит его. Ему нужна была помощь.
Он побежал из последнего квартала на улицу, на которой вырос, поднялся на шаткое старое крыльцо и постучал в дверь своего друга. Затем он вздрогнул от боли, когда дверь распахнулась и деревянный кол врезался ему в грудь.
- Чувак, что ты, черт возьми, делаешь? Мне же больно!
Джерри продолжал наносить удары Уокеру в сердце заостренной ножкой стула, снова и снова, оставляя лишь незначительные раны на коже, которые едва прокалывали кожу и первые несколько слоев мышечной ткани.
- Блядь! Перестань, Джерри! Проклятие! - он выбил кол из руки друга и схватился за грудь, морщась от боли.
Уокер откинулся на перила крыльца и схватил друга за руку, не давая ему сбежать.
- Во-первых, ты не можешь просто проткнуть вампира колом голыми руками, тебе нужно забить его, как можно глубже. Есть слои жира, мускулов и чертова грудная клетка, через которыe должен пройти кол, ради всего святого! Во-вторых, это все равно его не убьет. Это дерьмо из фильмов. Весь смысл кола в том, чтобы пригвоздить вампира к его гробу, чтобы он не мог вставать ночью на охоту и просто умер от голода в своей могиле. Пронзить его колом, когда он на ногах, не сделало бы ни хрена, а только разозлило бы его! О, и в-третьих, и это самое главное, я - не гребаный вампир!
- Тогда что ты такое, черт возьми? Ты, черт возьми, не Уокер! Уокер не стал бы меня есть!
Уокер видел как Джерри охватила ярость. Этот человек, которого он когда-то считал своим ближайшим другом, членом семьи, пытался убить его. Он хотел увидеть этого человека мертвым. Джерри всегда был самым крутым ублюдком на улицах. Это был титул, который он носил с гордостью.
Количество убитых ставит его на одно место вместе с Тедом Банди и Генри Ли Лукасом, если бы это вынесли на общее обозрение. Но улицы хорошо хранили свои секреты. Сейчас он только пытал и калечил пожилых родителей одного чувака, который был свидетелем того, как он убил конкурирующего торговца наркотиками, и готовился дать показания против него. На этих улицах он был самым опасным существом на свете. Это был своего рода Бугимен, от чьего имени дети просыпались по ночам с криками. Он был причиной того, что мужчины и женщины не выходили на улицу после полуночи. Когда люди в городе представляли смерть, в их образах она не носила черный капюшон и не держала косу. На ней были "FUBU" и "Nike", а также девятимиллиметровая автоматическая штурмовая винтовка "Tech". Но с той ночи, когда он уставился на горло своего друга, когда тот бросился на него с клыками, стремящимися к его горлу, он не чувствовал себя вправе носить титул. Он чувствовал себя фальшивкой.
Почти все насилие, которое он совершил за последнее десятилетие, было чрезмерной компенсацией за это унижение и тот момент слабости. Там было что-то более жесткое, подлое и ужасное, чем он. Что-то, что заставило его кричать как сука и умолять сохранить его жизнь. Что-то, что теперь стояло на его крыльце с лицом его давнего друга детства.
- Чувак, я же сказал тебе, что сожалею об этом. Это было недоразумение. Я не ведал, что делаю.
- Недоразумение? Ты пытался меня съесть, братан! Ты не можешь просто извиниться за такое дерьмо! - тело Джерри тряслось от ярости.
Он хотел, чтобы у него был пистолет. Он бы расколол голову Уокера прямо у себя на крыльце, условно-досрочно или без права досрочного освобождения.
Этот человек был своего рода монстром, а не обычным типом насилия и безнадежной нищеты гетто. Он не был таким чудовищем, как Джерри. Он был настоящим монстром.
- Так что ты хочешь, чтобы я сделал? Отсосал твой член? Чувак, прошло десять лет. Отпусти это, братан.
Джерри долго смотрел на него. Затем недоверчиво покачал головой.
- Если я пожму тебе руку, ты не попытаешься съесть ее, не так ли?
- Давай, чувак, - Уокер протянул руки, и на его застывшем лице появилась невинная улыбка.
Двое мужчин обнялись, и Джерри пригласил его внутрь. Перед тем, как войти в дом, Уокер в последний раз огляделся. На секунду ему показалось, что он увидел большую тень, движущуюся к ним из-за квартала. Все огни в этом квартале погасли, и вся улица была окутана смертоносной зловещей тьмой; тем видом, который породил преступление. Уокер не мог видеть в темноте, но он мог слышать и чувствовать запах. Тяжелое урчание, дыхание, как довольное мурлыканье взрослого льва с полным животом переваривающейся антилопы, и мускус дикого животного, с тяжелым запахом крови, несся по улице к нему, заглушая его чувства угрозой насилия. У него было мало времени. Он запер за собой входную дверь, отметив ее прочную стальную конструкцию, и вставил засов на место. Это была дверь наркодилера. Нет причин иметь такую дверь в гетто, если только у вас нет тайника, который нужно защищать. Он увидел, как Джерри нервно взглянул на него, натягивая цепь на дверь.
- Расслабься, братан. Я просто не хочу, чтобы нас прервали.
Они вдвоем сели на потрепанный старый диван и спокойно оценили друг друга взглядами. Джерри был высоким, худощавым и мускулистым. Он был похож на молодого Мухаммеда Али. Уокер был немного меньше ростом с более толстыми мышцами, как у бодибилдера. Его кожа была не просто черной, казалось, он создает тени из своих пор, когда он сидит в тусклом свете лампы на кофейном столике.
- Отлично выглядишь, Джерри, - прокомментировал Уокер, а затем заметил молодую девушку, обнаженную и истекающую кровью, связанную скотчем и катающуюся по полу кухни.
- Кто это, черт возьми? Что ты с ней сделал?
- Просто какая-то шлюха, которая должна мне деньги. Я вытаскиваю иx из ее задницы. Устал насиловать ее, так что теперь я просто пытаю эту сучку.
Уокер уставился на кухню, а избитая и оскорбленная девушка обратила на него взгляд, и начала энергично извиваться. Ее глаза умоляли его. Уокер почувствовал, что его голод начинает усиливаться. Девушка выглядела так, будто она едва достигла подросткового возраста.
- Ты голоден, братан? Можешь перекусить ей, - сказал Джерри, показывая на страдающую пленницу.
Он наблюдал, как Уокер буквально начал пускать слюни, и его глаза наполнились кровавой, плотоядной похотью.
- Что ты такое, черт возьми?
Уокер согласованным усилием оторвал взгляд от беспомощной девушки. Он был голоден; безумно голоден. Ему становилось все труднее и труднее жить без еды.
- Я - оборотень, - сказал он.
- Проклятие! Ты серьезно? Ты так говоришь, как будто в этом нет ничего страшного. Как будто ты только что объявил, что ты ловец собак, почтальон или что-то в этом роде. Оборотень? Проклятие!
- Мне нужна твоя помощь, братан.
- Моя помощь? Мужик, в последний раз, когда я тебя видел, у тебя были обнажены клыки, и ты хотел разорвать мне глотку! Теперь ты хочешь, чтобы я тебе помог?
- Что-то преследует меня.
- Что-то преследует? Тебя?
- Черт, я не знаю что это. Что-то большее, чем оборотень. Больше и злее. Он напал на меня в темноте три ночи назад, когда я был там... эм-м-м... принимал пищу. Он прыгнул на меня и ударил меня по животу. Я думал, что это просто очередной оборотень пытается украсть мою добычу. Но потом, когда я посмотрел на рану... Уокер расстегнул куртку и поднял рубашку, обнажив изуродованный торс, на котором почти вся плоть была разорвана. Можно было видеть его нижнюю часть кишечника через зияющие дыры в его коже.
- Иисус Христос! Боже, как ты можешь так ходить?
- Это чертовски больно, поверь мне. Проклятая штука чуть не разорвала меня пополам одним взмахом лапы! Я никогда не видел оборотня, который мог бы так сделать. Кроме того, эта штука была вдвое больше меня, а я - не маленький чувак. Я выбежал оттуда так быстро, как мог, и подумал, что мне конец. Но потом эта штука продолжала преследовать меня. Так что, я подумал, может быть, мне стоит найти кого-нибудь, кто будет следить за моей спиной, а ты - единственный друг, который у меня есть. Я никогда его не видел, но чувствую его запах. Я не могу охотиться. Я не могу ослабить бдительность.
- И ты понятия не имеешь, что это за штука?
- Я думаю, это Исавийя.
- Кто?!
- Исавийя. Это секта мусульман из Северной Африки под названием Исавийя. Они поклоняются этому пророку шестнадцатого века по имени Ибн Иса. Он был фанатично набожным мусульманином, которому, как предполагалось, Аллах дал способность принимать облик животных. Он мог стать кем угодно, от быка до змеи, и даже сочетанием форм животных. Он делал это, съедая их во время неистового молитвенного ритуала. Он использовал свои силы для борьбы с врагами Аллаха. Его последователи пытались идти по его стопам, но не могли имитировать его способности, несмотря на все их молитвы, жертвоприношения и все такое. Пока они не обнаружили нас... оборотней. Они начали охотиться на нас и потреблять нас, чтобы обрести наши способности. Почти всех нас стерли с лица земли.
- И это то, что ты думаешь? Это один из этих парней Исавийя?
- Это единственное, о чем я могу думать.
Джерри встал и начал расхаживать взад-вперед. Он вытер каплю пота со лба и покачал головой, глядя на Уокера. Затем он снова начал ходить.
- Братан, извини, но для меня все это слишком сложно. Как, черт возьми, ты вообще стал проклятым оборотнем? Тебя укусили или что-то в этом роде?
- Ты не станешь оборотнем, если ты не родишься им. Видишь ли, мы на самом деле не люди. Не полностью. Мы просто эволюционировали, чтобы подражать нашей добыче. Чем умнее человек, тем умнее и человечнее мы стали, чтобы его одурачить. Чтобы позволить нам подобраться достаточно близко, чтобы нанести удар. Как? Все думают, что человек находится на вершине пищевой цепи? Именно из-за такого высокомерия и скептицизма нам стало легче ходить среди вас.
- Тогда, если ты не человек, как ты можешь называть себя моим другом? Я что похож на домашнюю свинью? Ты общаешься со мной годами, но если когда-нибудь проголодаешься... моя задница станет твоей свиной отбивной! Это так, братан?
- Нет, чувак. Это не так. Я бы никогда тебя не съел. Оборотни эволюционировали так, чтобы походить на людей так близко, что трудно не относиться к вам, как будто мы были одним и тем же видом. Чувак, это дерьмо, что произошло между нами... Я все испортил. Ты не знаешь, что такое период полового созревания для оборотня. Мне было трудно сдерживать голод. Потом этот идиот Бум дал мне травку с "ангельской пылью". Это дерьмо заставило меня оступиться. Это единственная причина, по которой я тогда напал на тебя. Я просто оступился! Так ты поможешь мне или как?
- Итак, ты говоришь мне, что есть что-то там, Исавийя, или что-то в этом роде, и что твоя большая, плохая задница оборотня так напугана, что ты пришел ко мне за помощью? И что, черт возьми, я могу для тебя сделать?
- Я могу быть оборотнем, но ты хладнокровный убийца! Ты чалился по тюрьмам с тех пор, как я тебя знаю. Ты, наверное, убил на улицах больше людей, чем любой другой ниггер.
- К чему ты ведешь?
- Я хочу, чтобы ты взял все свое оружие, хранящиеся у тебя в шкафу, пошел туда и выкурил эту чертову тварь!
Что-то тяжелое ударилось о стальную дверь и чуть не вырвало ее из рамы. Раздалось рычание, которое звучало так, словно все адские полчища собрались на крыльце Джерри. Джерри вскочил с дивана и уставился на входную дверь дикими от страха глазами.
- Нет. Черт возьми! Я не пойду туда!
- Что ж, братан, - все тело Уокера начало трястись, его мускулы меняли форму, а кости двигались под кожей.
По мере того, как его тело изменялось, раздался влажный треск.
- Ты можешь пойти туда...
Hос Уокера и челюсть превратились в морду, а его уже растянутые клыки выросли до гротескно преувеличенных размеров. Его тело теперь было телом огромного волка, с шестидюймовыми клыками, которые выглядели почти доисторическими, и странно антропоидными руками с противопоставленными большими пальцами и всем остальным. Это было чудовище.
- ...или ты можешь остаться здесь со мной!
Джерри повернулся и побежал к шкафу за оружием. Уокер повернулся и бросился за ним. Тут взорвалась дверь и в дом ворвался зверь размером с небольшой автомобиль. Он поймал Уокера в свои слюнявые челюсти как раз в тот момент, когда тот прыгнул вперед, чтобы прикрыть Джерри. Джерри повернулся и с ужасом посмотрел, как это ужасное существо, которое выглядело как какая-то ужасная комбинация медведя, льва и человека, врезалось в Уокера.
Уокер сопротивлялся, но шансов не было. Клыки зверя вонзились в него, вырывая огромные куски плоти и проглатывая их целиком. Раздался громкий треск костей, когда массивные челюсти и клыки твари сжали руки Уокера, измельчая их до мульчи и предотвращая его дальнейшее сопротивление. Его когти пронзали его кожу и мышечные ткани, разрезая Уокера на ярко-красные ленты. Уокер все еще тщетно сопротивлялся, пока монстр зарывался мордой в его живот и потрошил его; вырывая его желудок и кишечник и с жадностью поедая их. Затем он использовал свои чудовищные когти, чтобы вскрыть ему грудную клетку и поглотить все еще бьющееся сердце Уокера.
Пока тварь все еще отвлекалась на еду, Джерри открыл шкаф и вытащил автомат "Mac-10". Существо было занято вылизыванием внутренней части грудной клетки Уокера, когда оно услышало щелчок обоймы, вставленной в "Mac-10". Он повернулся и посмотрел прямо в глаза Джерри, его рот все еще был покрыт кровью, кусками плоти и запекшейся крови. Его огромная голова напомнила Джерри некую комбинацию саблезубого тигра и быка. За исключением его глаз, горящих темным и ужасным разумом. Его руки и ладони выглядели почти человеческими, как и у Уокерa до того, как это существо его съело. Рот Джерри раскрылся, когда черты существа начали изменяться и преобразовываться.
Когда Джерри взвел курок, существо сменило гротескную форму на что-то более мягкое и нежное.
Женщина. Голая. С великолепной фигурой. Она стояла в гостиной Джерри, все еще жуя останки его друга детства.
- Хвала Аллаху, - сказала она, вытирая кровь с подбородка.
- Что ты, черт возьми, такое?
- Не волнуйся. Я не причиню тебе вреда. Мы не охотимся на людей, только на оборотней. Надменные ублюдки. Они действительно верят, что у каждого существа на этой планете есть свой хищник, кроме них самих. Вот, почему на них так легко охотиться.
- Ты одна из этих Исавийя, да?
Она кивнула.
- Вы едите оборотней? Вот как ты можешь превратиться в этого громадного монстра?
Она снова кивнула.
- Так вот почему ты гналась за Уокером? Чтобы съесть его.
Она посмотрела на выпотрошенный труп Уокера, и в ее глазах блеснул голод. Она повернулась к Джерри и снова кивнула.
Джерри уставился на эту тварь - женщину, и почувствовал, как его охватила боль из-за потери друга. Он знал Уокера с детского сада. По крайней мере, он думал, что знал его. Женщина улыбнулась и потянулась за еще одним кусочком Уокера. Джерри нажал на курок. Он разрядил в нее целую обойму, потом перезарядил "Узи" и разрядил еще одну. Женщина попыталась трансформироваться, пока ее разрывал целый рой цельнометаллических пчел. Она словно танцевала в потоке выстрелов, разрывавших ее в клочья, раздробивших череп на части и оставивших огромные дыры в груди и животе. То, что осталось от ее тела, рухнуло к ногам Джерри.
Он уставился на ее труп, а потом на труп Уокера. Затем он посмотрел на зияющую дыру там, где раньше была его входная дверь. Каким-то образом теперь там казалось темнее. Там были ужасные, могущественные существа, мириады причудливых форм жизни, которые он даже не мог вообразить. Они были там, охотились, убивали, сражались в битвах, которые длились бесчисленные эоны. Джерри улыбнулся и выбросил последнюю обойму из "Mac-10".
Он был свидетелем чудовищных деяний на протяжении всей своей жизни и большую часть из них совершил сам. Для него было логично, что эти монстры должны оказаться на его пороге. Проблемы всегда искали его, и он их приветствовал. Он сделал трагедию, смерть и разрушение частью себя.
Было почти утешительно осознавать, что он был не единственным чудовищем. Эти существа подняли планку. Они представляли собой вызов. Тот, кто хотел владеть этой ночью, должен был быть более безжалостным, чем оборотень, вампир и что бы там ни было, черт возьми. Должен быть другим существом.
Он подошел к истекающим кровью трупам этих двух существ и встал на колени, чтобы обыскать карманы рваной одежды Уокера, надеясь найти наркотики или деньги. Его глаза блуждали по разрушениям, нанесенным женщине, и заметил одну безупречную, нетронутую грудь. Он протянул руку и нежно погладил ее, затем сжал пальцами сосок и резко ущипнул. Он почувствовал странную волну возбуждения между ног. Он начал пускать слюни от голода, очень отличного от того, что чувствовало это мертвое существо или даже того, что, должно быть, знал Уокер. Его - было более плотским, более извращенным. Он встал и прошел на кухню, где молодая девушка все еще лежала на полу, связанная и беспомощная, почти не поддаваясь панике после того, как стала свидетелем кровавой бойни, которая произошла в гостиной.
Джерри достал из раковины нож и опустился на колени, чтобы утолить свой голод ее дрожащей плотью. Делая первый разрез, тонко рассекая гладкую темную кожу ее ягодиц, он задавался вопросом, какие аппетиты движут такими монстрами, как Уокер. Он задавался вопросом, что соблазняет вкус человеческой плоти. Он решил выяснить. Он нарезал себе особенно аппетитный кусок и сел. Затем он оглянулся на Уокера и Исавийю, вспомнив, что Уокер сказал о том, что они поедают оборотней, чтобы обрести силу. И тоже стал отрезать от них кусочки.

Перевод: Грициан Андреев |
Автор: Рэт Джеймс Уайт | Добавил: Grician (23.06.2021)
Просмотров: 101 | Теги: рассказы, Оборотни, Грициан Андреев, Рэт Джеймс Уайт | Рейтинг: 0.0/0

Читайте также

Папочка пришел и сделал больно. Чудовище убило его! Маленький брат украл внимание. Чудовище убило его. Всех тех кто покушается на спокойствие дома убивает чудовище!...

Джесси, художник-оформитель, переехав в новую квартиру обнаруживает у себя в доме странного соседа, человека-в-форме-груши, имени которого не знает никто, что не мешает ему проявлять невиданный интере...

Каждый вечер в цирковом шатре её пристегивал к электрическому стулу собственный муж. Поворачивал рубильник, и тело Электры с головы до пят пронизывало синее пламя....

Ди-джей ночной радиостанции влюблен в голос регулярно звонящей ему слушательницы. Не в силах совладать со своей страстью, он решается встретиться с ней. Она действительно оказывается прекрасна. Но тол...

Всего комментариев: 0
avatar
Открыть профиль